Ваган Ананян (1959 - 2006)

[Glasha]

luna,
в этом разделе от sss есть материал и его же замечательные рассказы
об этом художнике, которые не должны кануть в Лету )).
смотрите здесь:

http://forum.artinvestment.ru/showthread.php?t=8045

Ваган Ананян (1959 - 2006)
Занимался живописью, скульптурой, графикой.
У него были выставки в случайных галереях, серьезным людям на глаза, по стечению обстоятельств, не попадался.

В 80-90-х жил в Таллинне и был, в силу своей экстравагантности, настоящим украшением города. Каждый день вывешивал свои работы на стенах «Девичьей башни» и, сидя под ними, хулиганил, рисуя портреты (не для заработка).
Мог себе позволить: среди бела дня убегать от желто-синих УАЗиков, верхом, на угнанной с ипподрома лошади, рассекая по узким таллиннским улочкам, в черном плаще, с пенопластовыми крыльями за спиной и с венком из одуванчиков на лысой голове; а в отделении благодарить эстонских милиционеров за участие в хепенинге, и грозить, что, если они не отпустят бедного художника, то сегодня их покажут по финскому телевидению:
– Ну, щто ми – белярусские парни вам плахова сдэляли?

Яркий. Его нет ни среди украинских художников, ни среди армянских, ни среди эстонских, а он был.
--------------

Однажды, он сидел во дворике «Девичьей башни», развесив свои картины на стене, неподалеку от входа в бар. Среди прочих зевак, к нему подошел швед и ткнул пальцем в понравившуюся работу.
– Да, мне тоже нравытся этот картына. Я его, знаещь, как долго рысовал… Сандалики у тебя хорощие…
– 800 крон!
– Ладно, давай тисачу и сандалии.
Швед, не понимающий ни слова по-русски, улыбался, пока не сообразил, что от него требуется.
– Но! Но!
– Щто ти нокаещь? Не хочещь – тогда иди купи сэбе матрощку и самовар.
Швед не унимался. Он достал из кармана монетку и, для пущей убедительности, вывел ею на земле свою сумму.
– Щто ти там царапаещь? – Ваган приставил свою ногу к ступне шведа, – Ти глянь, как раз мой размер, э…
– 800! Окей?
– Подожди, дорогой, – художник нырнул в бар и вышел через минуту с двумя кофейными чашками:
– На, люче випей кофе.
Швед отхлебнул и задрал брови домиком.
– Пей, пей, турыст! Это очен хорощий коньяк.
Они, в окружении благодарной публики, продолжали торговаться, периодически обновляя кофейные чашки.

Я ушел, не дожидаясь окончания спектакля. Вернулся ближе к вечеру. Дворик был пуст.
Изрядно выпивший Ваган, складывал свои картины. На нем были «шведские» сандалии, «шведские» шорты и «шведская» рубаха. А на ступеньках бара, в позе Роденовского «Мыслителя», в белых трусах сидел пьяный швед в обнимку с картиной, на обороте которой красовалась надпись: «Моему лучшему другу Густаву. Kilp Vahan, 1989».



Зы, так Зы. А Вы же там присутствовали, в той теме?
Только сейчас заметила.