Отказ живого художника от своей работы

[LCR]

Сообщение от Vladimir

достаточно просто распространить информацию, чтобы этот бизнес сник. Он процветает потому, что все секретничают: неизвестный скульптор н (каламбур получился?), мужик м, спекулянт х и т.д. Было бы с именами, фамилиями, фактами и фотографиями -- все стало бы проще.

Ну, распространять эту информацию не мне, во всяком случае, без разрешения потерпевшего лица. Но я хочу сказать, люди тоже знают, что делают - купить за 4000 долларов отливку, которая у автора стоит не меньше 20000, поди плохо!

У меня тоже есть определенный опыт: года полтора назад один коллекционер прислал мне фотографию картины, портрета, который выдавали за Рогинского. Я ответила, что никакого отношения к Рогинскому этот портрет не имеет (это была даже не подделка, а просто работа какого-то неизвестного мне автора. Допускаю, что это был портрет с Рогинского, хотя и портретного сходства нет). Потом еще пару раз этот портрет в электронном виде возвращался ко мне, в последний раз его мне прислал Силаев, которому его принесли в ГТГ на экспертизу, но он не согласился приписать его Рогинскому. Короче говоря, я всем рассказала про эту картинку, которая, как я понимаю, гуляла по всей Москве.
И вдруг выясняется, что другой знакомый мне коллекционер стал обладателем злополучного портрета.
Я ему говорю: "Ты зачем его купил, тебе же говорили, что это не Рогинской", на что он оправдывается: "Так ведь недорого было". Я: "То есть ты хочешь сказать, что ты выкинул на ветер на очень много денег?", он - смущенно тупит глазки...
Ну что ты тут будешь делать?
По последним сведениям, он пытается не то вернуть его обратно продавцу, не то впарить его еще кому-нибудь

Не знаю, помните ли вы, я однажды писала, что нашла на кибер-торгах в США подделку, я даже поместила ее фотографию. С тех пор я посоветовалась со своим французским адвокатом, который сказал мне, что вообще-то сделать мы можем очень немногое, потому что они написали "приписывается Рогинскому" (хотя я не понимаю, как можно "приписывать" художнику картину, на которой стоит его подпись - либо это его работа, либо это подделка - и мнение галеристов, неких Хаврилюков "с тридцатилетним галерейным стажем", выставивших ее на торги, совершенно ясно, иначе бы они не оценили ее в 1000-2000 долларов). Так или иначе, он сказал, что единственное, что мы можем сделать, это написать им, чтобы они поняли, что я отслеживаю работы Миши, и прекратили свой гешефт.
Так мы и сделали, но чувство бессилия, о котором говорила Фросинька, мне хорошо знакомо