Сергей Алфёров (1951-2004)

[Люси]

Сергей Алферов.Портреты.

[Люси]

Несмотря на недавнюю женитьбу Сергей отправился в путешествие.В горах он размышлял о многом.Почему лица египетских богов и фараонов так схожи с лицами буддийских святых?Не чертами лиц-внутреннем состоянием.Он размышлял о творце-художнике,созвучном,словно музыкальный инструмент,этому блаженству.И о кажущейся легкости кисти китайских художников.Он старался выработать в себе-хотя бы ненадолго-состояние "выключенности"-поэтического парения духа.Его интересовали не только законы композиции,ритма.Его занимала "энергия" живописи,ее духовная сущность.Он собирал по крупицам живописный опыт,наблюдая,как женщины-таджички ткут узоры на старинных станках.Его поражало их отточенное мастерство,их живописный вкус.Он наблюдал, как древние старцы неторопливо пьют шир-чай(чай с маслом,солью и молоком).Цвета их одежды- яркие,звонкие-тонко гармонируют с яркими красками природы.Зеленое,желтое,пурпурное...
Настоящий художник из того что увидел, не забывает ничего.И Сергей не мог забыть ни пение древних песен Мадо под акомпонент тамбура ни дымчатую куропатку с белыми и черными перышками,красными лапками,увиденную им в горах.все это магически вошло в его жизнь,вплавилось навсегда в цвета его красок.
Д.Ионов

[Samvel]

Сообщение от Люси

Его интересовали не только законы композиции,ритма.Его занимала "энергия" живописи,ее духовная сущность.Он собирал по крупицам живописный опыт,наблюдая,как женщины-таджички ткут узоры на старинных станках.Его поражало их отточенное мастерство,их живописный вкус.Он наблюдал, как древние старцы неторопливо пьют шир-чай(чай с маслом,солью и молоком).Цвета их одежды- яркие,звонкие-тонко гармонируют с яркими красками природы.Зеленое,желтое,пурпурное...

Вы так красиво описали, что хочется укрепить эти слова картинамы.

[Люси]

Далеко в горах Памира затерялось селение Конгурт.В один из дней в правление колхоза вошел молодой человек странного вида:в калошах,с посохом и рюкзаком за плечами,с длинной бородой.Его появление вызвало у колхозников приграничного селения удивление:кто он и откуда здесь появился? А то что он говорил, не укладывалось в рамки здравого смысла..в привычный распорядок жизни селения,состоящего из десятка домов....
Он говорил,что ему понравилось место,и он хочет остаться здесь,пасти в горах овец...
Правление послало за милиционером.Большой,толстый.добродушный милиционер улыбнулся:"зачем ты тут"?
Как ответить?Рассказать что сбежал из Москвы за тысячу километров.чтобы найти.,проверить,сопоставить свой внутренний мир и "начала бытия,пребывающие в конкретной реальности рек и гор и бесконечности творений".
Представился,сказал что зовут Сергеем,фамилия-Алферов.Художник.В общем повторил "Просто нравится"!Говоря языком старинного трактата,Сергей Алферов прибыл в Кулябский район,чтобы "почитать восприимчивось".
"О восприимчивость!В живописи пусть ее чтят,сохраняют и вкладывают в произведения изо всех своих сил,не допуская ни внешней,ни внутренней праздности..."
В правлении колхоза о старинном китайском трактате по живописи Ши-Тао не знали,но к молодому человеку отнеслись хорошо.

[манна]

Сообщение от Люси

Он говорил,что ему понравилось место,и он хочет остаться здесь,пасти в горах овец...

Алфёров был настоящим путешественником! Согласитесь, пару месяцев попасти в горах овец, это не 2 недели в 5 зв. отеле Парижа пожить.
Об Алферове:

Владимир Джа Гузман (Видеман)

ТРОПОЙ СВЯЩЕННОГО КОЗЕРОГА или В ПОИСКАХ АБСОЛЮТНОГО ЦЕНТРА
(Азиатские записки)
..............
Часть II. Восьмидесятые
......
17. Коммуна йогов на Клары Цеткин...Кто на свете всех чернее? В тот сезон я около двух недель провел в полном одиночестве на Ореховой поляне под Ходжи-Оби-Гармом. Каждый день я купался и загорал, активно натираясь растительным маслом во избежание обгорания кожи. Я проводил на солнцепеке часов по восемь в день и загорел действительно круто — вплоть до кончиков пальцев ног. Вернувшись в Душанбе, я с удовлетворением отметил, что на тот момент был самым загорелым из всех наших коммунаров. Однако триумф мой продолжался недолго. Скоро здесь появился новый для меня человек — московский художник Сергей Алферов. В тот день наша компания прямо с утра отправилась на плот. И я обнаружил, что Сергей загорел гораздо лучше, чем я: ну просто истинный Отелло, при этом — ослепительно белозубый!


Алферов. Сережа Алферов был типом вполне параноидально-художественным, видевшим сны наяву. У него были черные как смоль густые всклокоченные волосы, такая же нечесаная борода, неестественно большие белки слегка косящих черных глаз. Было в его внешности что-то талибское и цыганское одновременно. В общем, пан художник был типичный девона и производил на местных жителей должное впечатление. На плоту Сережа рассказал историю своего загара.


Как выяснилось, он болтался по Азии не первый сезон. Однажды даже нанимался куда-то чабаном, пасти баранов. Все вечера, по словам Сережи, их чабанская бригада проводила следующим образом:

Читать дальше... 

— Зажигают керосиновую лампу, вешают ее в углу большой палатки, а потом ложатся полубоком на одеяла и часами молча рубятся на эту лампу.
— И ты тоже рубился?
— И я рубился. Больше все равно делать нечего. Правда, стрем начался потом, когда пришлось отчитываться за доверенных баранов. У меня почему-то была крупная недостача, и начальство хотело заставить выплачивать какие-то безумные деньги!
— Ну а ты?
— Да я просто сделал ноги оттуда!


В этом году Сергей до Таджикистана успел побывать в Узбекистане, где в одиночестве просидел целый месяц на камне. В буквальном смысле слова! Как выяснилось, он забрел в поисках эликсира вечной жизни в незнакомый высокогорный ландшафт, по пути решил присесть передохнуть у большого валуна. И вот, сесть-то он сел, а когда захотел двинуться дальше, то понял, что сойти с камня не может. То есть сойти-то было можно, но стремно! Причина стрема — страх нарушить что-либо в энергетической структуре местных духов, опутавших камень и всю территорию вокруг своими силовыми полями неясного назначения. Опасаясь попасть в магический капкан, Сережа решил, что лучше останется сидеть на камне — раз уж ему было позволено до него дойти — и ждать сигнала свыше. Прошла неделя, другая, третья... Сигнала не подавалось. В конце концов, когда пища и силы были почти на исходе, мимо этого камня проходил бабай с ослом. И тут наш герой понял, что или сейчас — или никогда. Он опознал в бабае сталкера, который сможет вывести его из заколдованной горными троллями зоны. Сергей сорвался с камня и ухватился обеими руками за ослиный хвост, игравший в данном эпизоде роль нити Ариадны.


Именно сидючи в течение месяца на «троллевом камне», Сереже удалось так здорово загореть. Наверное, это был не просто загар, а инициатический покров мистерии нигредо как продукт известной настойчивости.


Алферов долго болтался по узбекским мазарам (могила святого (тадж.)) и все пытался выспросить у бабаев секреты активации кундалини. Ему представлялось, что в этих регионах индо-бактрийской цивилизации местные адатные практики должны были сохранить следы древних тантрических инициаций с их мандалами и чакрами. В известном смысле, действительно, можно увидеть схожесть в технике исполнения мусульманского намаза и йогического Сурья-намаскар (ритуальное приветствие солнечного божества). Есть, безусловно, прямые аналогии между тантро-ведической картиной мира как расчлененного великана-Пуруши и космогоническими представлениями памирского исмаилизма. Существует, в конце концов, мистическая практика работы с «точками» в традиции суфийского ордена Накшбандийя. И все же, мне кажется, Сережа несколько переоценивал компетентность местных бабаев в специализированных вопросах кундалини-йоги.


Армянский дом. Недалеко от дома на Клары Цеткин, в направлении поворота на Карабалло, на просторном перекрестке возвышалась голубая двадцатиэтажная кафельная башня Армянского дома — круглая, словно знаменитый чикагский небоскреб. Дом был назван «армянским», видимо, из-за проживания в нем большого числа лиц армянской национальности. Возможно, они въехали сюда всей «махаллей». Этот Армянский дом был также местом проживания русского дилера, у которого Каландар приобретал, при необходимости, траву. Поскольку народу в коммуне проживало много, мы заходили в Армянский дом частенько. Это был просто дикий кайф: выкурить вечернюю папиросу на балконе последнего этажа, созерцая заходящий за причудливую горную гряду красный диск Сурьи или глядя на загорающиеся внизу, в предсумеречной голубой дымке, огни большого города. А потом, через полчасика, когда становилось достаточно темно, можно было пойти в расположенный между Армянским домом и домом на Клары Цеткин открытый летний кинотеатр, где крутили индо-пакистанские фильмы и вовсю торговали мороженым, лимонадом, пирожными и пирожками.


Цыганка и картины. Однажды мы так вот сходили в Армянский дом, но не вечером, как обычно, а с утра пораньше. Принесли шалы в газете, закрутили козью ногу. Каландар, Хайдар-ака, Ших-Али, Саша (брат Каи), я и Алферов — вот такой был состав команды. Курнули вроде бы легкой травки, а вставило неожиданно забойно. Пошел тотальный стеб. В этот момент Алферов встает и говорит Хайдару:


— Ака, дай мне, пожалуйста, сто рублей!
— Как так «дай»? — не понял Ака.
— Ну, то есть одолжи. Мне нужно срочно лететь в Москву, а времени ждать перевода — нет.


Хайдар-ака поначалу опешил, но потом согласился-таки отстегнуть земляку «катю», но строго с отдачей. Сережа со всеми попрощался и отправился в аэропорт.


Проходит примерно час. Мы все тащимся, дискутируем, курнули вдогонку, застебало еще круче. Хайдар-ака пошел на кухню ставить чайник, но от стеба его так передергивало, что в прихожей, по пути назад, он ударился головой о косяк двери, набил шишку и расплескал на себя и вокруг кипяток. В этот момент в дверь раздается звонок. Хайдар поворачивает защелку, и перед ним вновь предстает Алферов:


— Хайдар-ака, дай еще сотню!..
— ???


И Сережа рассказывает следующую историю. Оказывается, он вышел из дома и направился к троллейбусной остановке, но тут, у магазина «Гулистон», к нему прилипла цыганка с предложением погадать. Сергей, как человек мистический, воспринял ее вполне серьезно и согласился. В результате сложной техники мануального и психологического иллюзиона Хайдарова «катя» перешла из владения художника в собственность гадалки, сказавшей, к тому же, на прощание ошалевшему клиенту:


— И теперь ты никому не должен рассказывать о нашей встрече как минимум в течение двух часов, иначе будут большие неприятности!


После этого Алферов около часа проболтался вокруг дома, все боясь нарушить табу, но, в конце концов, не выдержал срока и отправился назад с рапортом о случившемся. Теперь он стоял с открытым ртом перед облитым кипятком Хайдаром и ждал реакции спонсора.


Монолог последнего не поддается воспроизведению в печатном виде по причине ненормативной лексики. Тем не менее ситуация пострадавшего — после еще одной самокрутки — была принята к сведению. Хайдар сказал Сергею, что даст ему денег в долг, а залогом будут служить его фирменные листы с цветной гуашью. Эти листы, размером с большой ватман, маэстро, как правило, расписывал экспрессионистскими мотивами, напомнившими лично мне искусство австралийских аборигенов. Каждый из листов был оценен в червонец, и таким образом за всю сумму Алферов оставался должен Хайдару двадцать листов (из которых была тогда сделана только часть). Ну что ж, бизнес есть бизнес. Я потом видел все эти, уже расписанные, ватманы у Хайдар-аки в Москве. Вместе с автором работ. Но об этом — позже. Кстати, часть этих листов выставлена сейчас в интернетной галерее Гельмана, причем даты даются неправильно: годы создания произведений должны быть указаны не девяностые, а восьмидесятые
.................................................. .....
Берлин–Шарлоттенбург,
08 августа 2002 г.

[Люси]

Как выяснилось, он болтался по Азии не первый сезон. Однажды даже нанимался куда-то чабаном, пасти баранов

Розовые от восходящего солнца бараны разбегаются по белому снегу,все дальше и дальше уходя от пастуха,сидящего на камне у ручья.И надо бежать собирать стадо.Так продолжается изо дня в день.Кажется,время остановилось,и уже давно для тебя все вокруг родное :и пастуший домик с белыми стенами,и пастухи,с которыми ты пьешь чай,и страшные памирские истории про духов,и керасиновая лампа под потолком,и белая,похожая на медведя ,собака,которой каждый день пекут лепешку-такую же как себе...
Приемник не работает-сели батарейки,а у пастухов часы показывают разное время..
Будто вечнось спустилась с гор Памира на художника и на собаку.Только вдали воют волки,а вернее, ухают, как совы.
После "пастушеской" экспедиции он побывал в нескольких археологических.Своим друзьям он говорил,что по настоящему стал понимать древности,только после того,как не раз побывал в Средней Азии на раскопках древних цивилизаций.Немало старинных керамических осколков держал он в руках.А ведь каждый черепок,говорит Сергей,вызывает в вооброжении целые картины.
Древность надо почуствовать,понять.
Гласность,перестройка конкретно проявились в искусстве:ушли как бы сами собой в неизвестность проекты-громады монументов,несоразмерных с природными величинами:деревом,озером,холмом.В парках,прямо на траве, расположились веселые выставки художников.Стихийно появились неформальные обьеденения молодых графиков и живописцев-"Эрмитаж", "Вернисаж","Творческий центр".Так каждый период культуры создает свое собственное искусство.Оно является не только отзвуком и зеркалом нового времени,но и обладает пробуждающей силой.
Художники подобные Сергею Алферову ,стремятся передать в своих работах только внутренне существенное.
Сам собой происходит отказ от внешней случайности.Он пишит свободно,легко,раскованно.Но иной раз у него появляется ощущение: чего-то не хватает.Тогда Сергей следует древней мудрости,согласно которой "нет другого пути,кроме прилежного изучения книг."
Он охотится за редкими книгами по живописи,знакомится с художниками разных художественных школ,направлений.Не пропускает не одной выставки.
Он скромен и бескорыстен.
(Это выдержки из статьи за 1988г.)

[Люси]

Огромное значение, по словам Сергея, имела для него встреча с Анатолием Зверевым.Больше всего Зверев не любил искусство рациональное, рассудительное, "вычисленное", безжизненный академизм.Это был человек в совершенстве постигший законы живописи, и потому свободный от них.
Сергей называл Зверева своим учителем.В своей концепции творчества, Алферов отказывается от натуралистической иллюзии, "наполненности" кажущейся сложности предметного мира.
Для художника,-утверждал Сергей,-дерево и камень бесконечно сложнее, чем, например заводская труба или самолет, потому что наполненность мира предметами не должна затмевать смысл, изначальные основы бытия.С древности и до наших дней художников и поэтов считали мудрецами, способными проникнуть в суть вещей ,отбросить все внешнее, лишнее, назойливо подробное.
Фото предоставлены замечательным художником Александром Дедушевым.2003год

[Samvel]

[QUOTE="Люси;948761"]Сергей называл Зверева своим учителем.В своей концепции творчества, Алферов отказывается от натуралистической иллюзии, "наполненности" кажущейся сложности предметного мира.

[Люси]

Самвел Айказович, какие хорошие у Вас работы.Загляденье просто.Особенно хороша птица и инопланетяшка(незнаю как правильно назвать этого смешного человечка).А у меня вот такой человечек имеется.

[Samvel]

В Графике Сергея Алферова , привлекала возможность оперирования пространством ,возможности при помощи отточенной техники населить это пространство множеством сказочных существ.Только графика,считал Сергей,позволяла ему как бы сплести волшебную паутину вместе с таинственным пауком.