Божена Рынска: "ненавижу современное искусство"

[Евгений]

Статья немного устарела,но интересная,хорошо,правдиво пишет,талантливая девушка (и очень симпатичная).(Е.А.)
----------------------------------------------
«Камеры попрошу выключить»15.12.09
На прошлой неделе в Барвихинском доме культуры олигархов вручили премию Кандинского. Об ее художественных итогах все уже написали. Но современное искусство – это все-таки не про художественность, а про Life of rich and famous – буквально за пару-тройку лет этот самый «совриск», он же «контемпорарщина», стал обязательной светской программой, где и Даша с «Гаражом», и Маша с папой и «Красным Октябрем».

«Фишка» настолько трендовая, что крупнейший бомонд-оператор – клуб Prime Concept, зарабатывающий в том числе и на организации олигархических приемов, – самолично проинвестировал ужин в честь премии, а не выгулял своих гостей за счет ее хозяина. Сказочные герои «входят» в современное искусство с «деньжищами огромными тыщами», и потому светские критики вынуждены это явление препарировать.

Контемпорари-продукт (он – же инсталляция, он же видеоарт-объект) – это не полотно великого мастера, а что-то вроде ПИФа, фьючерса или барреля. И если умело управлять этим ПИФом – мотивировать критиков, кураторов, пиарщиков – то из ничего будет расти нечто и прирост давать на абсолютно законных основаниях – никакая антимонопольная служба не предъявит за инсайд и махинации. Чем абсурднее и отвратительней продукт, тем больше туману можно вокруг него нагнать – объяснить, разжевать, напеть в уши и вздуть цену. Это очень сложная и абсолютно законная схема добывания денег из воздуха.

Чисто по-человечески я ненавижу не только современное искусство, я не люблю и его любителей. На мой взгляд, почти все они поверхностны, лицемерны, какие-то «ушельцы» – холодная земноводная нежить. И нас таких – страстных нелюбителей любителей современного искусства – хватает. Но есть у нас у всех одно Ватерлоо – владелец премии Кандинского, страстный любитель современного искусства Шалва Бреус. Ради него приехала на премию Кандинского как минимум треть зала.

Читать дальше... 

В узком кругу сказочных светских героев считается, что Шалва что-то знает про жизнь: он блистательно закончил экономический факультет МГУ, он первым, еще в СССР, перевел Владимира Набокова – рассказ «Забытый поэт» для журнала «Шахматное обозрение», он занимался переводами французской поэзии. В начале девяностых был приглашен на завтрак с Бушем-старшим, и тогда же Руперт Мердок звал его на работу. Словом, бывший замминистра – просвещенный олигарх и матерый человечище. Гипотеза «облапошили кураторы» и «охмурили галеристы» тут не прокатит. И если высокообразованный, талантливый, цельный и страстный человек не просто инвестирует в современное искусство, но и «прется» от него, то, может, в этом, право, что-то есть, а мы ничего не понимаем?

Гости Бреуса, добравшись до Барвихи, свидетельствовали почтение хозяину, а в глазах у них светился вопль-вопрос из «Покровских ворот»: «Савва, тебе-то, тебе – зачем все это надо?!» Представители творческих профессий на закрытой Рублевке не стояли, для них к Белорусскому вокзалу подали специальную чистенькую арт-электричку до Барвихи. (Попутчики позже утверждали, будто бы литерный поезд, укомплектованный арт-богемой, – это посильнее, чем «Фауст» Гете, особенно на обратном пути.)

В итоге творческие работники приехали в Барвихинский дом культуры раньше всех и до приезда местных успели выпить почти весь виски и коньяк, и, видимо, съесть все стаканы. Поэтому емкость для банкира Петра Авена Шалве Бреусу пришлось искать лично.

Началась церемония. В фойе разворачивался свой «экшн» – там остались сидеть охранники в строгих костюмах. (У многих олигархов по два, по три вышибалы.) Они обменивались друг с другом скупыми фразами. «Понаехавшие» журналисты тут же приняли их за главных барыг – ведь хорошо же известно, что олигарх – это пудовые кулаки, строгий костюм и бычья шея. Арт-богема, шнырявшая по ДК, тоже обрадовалась – так приятно, что у богачей рожи кирпичом, то ли дело – мы, высокодуховные. Между тем, настоящие акулы капитализма выглядели, как обозреватели журнала «Нью-Йоркер». Например, близкий друг господина Бреуса банкир Петр Авен разрядился в честь премии практически в пух и прах, хотя ранее никогда в дендизме замечен не был. Банкира спросили, в честь чего это он так дьявольски хорош, и он ответствовал, что собирается на охоту.

Оформление сцены мне показалось занятным – стильные клеточки, ячейки с этно-джазом, мигает что-то – почти «Приключения Электроника». Ведущий Леонид Парфенов стабильно прекрасен, до халтуры не опускается, и его продукт – ролик-увертюра к премии Кандинского – был остроумен и лаконичен. Затем на сцену вышла похожая на Валентину Толкунову американская кураторша с листочками в руках. Звали ее Валери Хиллингс. Рядом с ней топтался русский переводчик. Он и «сделал вечер» всем, включая хозяев. И если бы глава «Кандинского» переводил бы в свое время не Набокова, а стрелки между солнцевскими и подольскими, то переводчика с отрезанным языком по весне нашли бы в лесополосе.

Валери Хиллингс обстоятельно занудничала. Переводчик невпопад нес околесицу. Вдруг сквозь манную кашу блеснуло знакомое слово «Черчилль». На «Черчилле» вдруг проснулся сосед певицы Нино Катамадзе и громко заржал. На него укоризненно обернулся замминистра культуры Павел Хорошилов. Шалву Бреуса переводчик обозвал Бревусом. В конце двадцатой где-то страницы из груди докладчицы вылетело, как большая птица, божье имя Путин. Зал истерически всхлипнул. Практически дуплетом выпорхнула и фамилия Медведев, и зал истерически захлопал. Скетч «Хиллингс – переводчик» можно было признать миленько смешным, если не знать, что эта самая зануда Валери только что получила от одного из эмиратов очень не смешной бюджет на закупку современного искусства – $600 млн. Больше половины ярда – тут уж не до смеха, думы беспокойные одолевают – что эта курица сделает с деньгами? Как освоит? Не пройдет ли «тырево» мимо нас?

Тувинский юноша Евгений Антуфьев – автор работ из волос матери и сестры – поблагодарил мать и сестру, видимо, за волосы. И стал рассказывать свой сон, и опять, не к ночи будь помянуты, появились Путин с Медведевым. Следующие творцы объясняли, что в итоге их работы получается нечто «будоражащее». Каждый лауреат норовил высказаться. «Художники совершенно не владеют хронометражем», – заметил Леонид Парфенов. Действительно, когда несет современного художника, это ужас. И потому язык надо бы отрезать не только переводчику, но и всем художникам, ибо хороший художник – немой художник, и церемония «Кандинского» это доказала.

Про одну из номинанток – Александру Фролову – с ее гигантским love gun, кольцами и разноцветицей, напоминающими детскую пирамидку, отлично сказал писатель Егор Просвирнин: «Представьте себе среднестатистическую пользовательницу сайта «Ли.Ru», решившую перенести симпаффки и позитивчик в вещественно-латексную форму. По сути, все три представленных проекта заслуживали максимум одного поста на «фишкахнет» с десятком смайловых комментариев «ржака!».

Для арт-сообщества в этой «ржаке» была живая интрига: кто получит деревянный коллайдер или грузовой контейнер? Нам, духовным банкротам, борьба между кривобоким айподом и мусорными баками была до фонаря. Главный приз хотелось отдать человеку, некогда изобретшему эсэмэски. Мне только за первые полчаса прислали штук двадцать, и все примерно такого содержания: «Где наливают?»; «Во сколько банкет?»; «Где банкет?»; «Валим или неудобно?»; «ОК, накатим и вернемся».

Посреди церемонии из зала аккуратненько смылся Петр Авен. Потом также аккуратненько вернулся. Потом опять. Пошедшие по следу выяснили, что в одном из вип-углов из-под полы наливали. В другом углу обнаружились Ульяна Цейтлина и «форбс» Борис Белоцерковский, тоже повышавшие промилле. Александр Гафин успел загрузить лишку до начала церемонии, и потому происходящее его умиляло.
Победитель в главной номинации Вадим Захаров на сцене закатил такую филиппику, что в соседнем ресторане чуть не попадали подносы с крем-брюле. Когда вручать приз Евгению Антуфьеву выходил маститый художник Борис Орлов и тихим ласковым голосом пас народы, за ним чувствовалась внутренняя сила и достоинство. Когда обличал Захаров, хотелось крикнуть: «Красиво излагаешь, спиши слова!» Арт-сообщество тем не менее речь Захарова перепечатывает и считает эпохальной и роковой.

Захаров сказал, что первую премию должны были дать не ему, а художнику Андрею Монастырскому, неужели, мол, непонятно, кто есть кто в современном искусстве! Я было решила, он ее или располовинит, или передаст, не отходя от кассы, иначе весь пафос превращается в художественный свист, но – щас – дураков дербанить сорокет нету.

И еще о цифре. Сорок тысяч евро – это для художественной премии России немало. Сорок – это не пять и даже не семь, это больше, чем госпремия в этой области. Кроме того, первое место принесет художнику возможность не связываться с этими мерзкими продажными галеристами, которые только и знают, что по Фиакам да Базелям шоркаться. Вадим Захаров громил, обличал и упрекал, но ни разу не сказал слово «спасибо». Он не поблагодарил ни жюри, ни самого владельца премии, который на эти самые сорок штук и раскошелился.
.................................................. ..............................................
В финале речи Вадим Захаров сказал: «Меня не лоббирует ни одна галерея, ни один коллекционер ни в России, ни на Западе». И я опять чуть не озверела: ну, думаю, ты и фрукт! Старожилы отлично помнят, как на заре тучных лет одной из первых в Москве современным искусством стала заниматься супруга «форбса» Игоря Кесаева Стелла Кей. И была у нее довольно известная галерея Stella Art. Галерея эта с Вадимом Захаровым очень носилась. Активно выставляли его, продвигали. Стелла Кей даже сделала ему выставку в Третьяковке. А потом сотрудники «Стеллы» в приватных разговорах стали говорить, что художник их просто «слил» и даже спасибо за все содеянное не сказал.

«Надеюсь, что я получил премию именно за позицию «независимого художника», а не за деревяшки и видео», – на этой высокой ноте трибун закончил, и гости, среди которых были Марк Гарбер, Александр Любимов, Валентин Юдашкин, Виктор Бондаренко и Петр Авен, рванули на закрытый ужин клуба Prime Concept в ресторан Avenue. По пути все они подходили к Шалве Бреусу и пожимали ему руку. От рукопожатия к рукопожатию лицо хозяина мрачнело. И десятую по счету пятерню господин Бреус предупредил: «Если еще кто-нибудь скажет мне, что церемония «немножко затянута», то получит в лоб. Камеры я при этом попрошу выключить. И хорошо так съезжу между глаз».
Божена Рынска http://www.gazeta.ru/column/rynska/3299214.shtml
------------------------------------------------------
Блог в ЖЖ
http://becky-sharpe.livejournal.com/?skip=40

[LCR]

Да-с. Девушка-то она, может быть, симпатичная, но тон статьи невероятно вульгарный и - что намного важнее - по сути она совершенно хамская (кого только может интересовать, как относится к современному искусству такая вот Божена Рынска?!).

[ВЯЧЕСЛАВ]

Сообщение от LCR

Да-с. Девушка-то она, может быть, симпатичная, но тон статьи невероятно вульгарный и - что намного важнее - по сути она совершенно хамская (кого только может интересовать, как относится к современному искусству такая вот Божена Рынска?!).

Вот так, каждый раз ,как наблюдается несовпадение взглядов на тот или иной вопрос - сразу дежурное обвинение в хамстве(?).Ну ,впрям по Булгакову:

"- Знаете ли профессор..., вас следовало бы АРЕСТОВАТЬ!
- За что?
- А вы не любите пролетариат .
- Мда...я не люблю пролетариат ."

Рассказик выдержан совершенно в "тон" его героев.При этом современное искусство ну ни капельки не пострадало.

[Кирилл Сызранский]

Сообщение от LCR

кого только может интересовать, как относится к современному искусству такая вот Божена Рынска?!

В силу специфики российской жизни ("всё-всё-всё происходит в Москве") и учитывая ситуацию с освещением российской действительности в российских же СМИ, многих провинциальных любителей совриска да и вообще иска может интересовать любое мнение о них.
Но тут ещё надо принять во внимание, что эта мадам понтуется в своих обозрениях связями с самими крутыми олигархами и у читателей, которые и так-то с совковых времён в подсознании сидит вера к печатному слову (как верят в напечатанные экспертизы и в каталоги выставок, как верит солдат убитый,что он проживает в раю (с)), возникает мыслишка-во, она-то всю закулису знает и если Гафин или Авен морщатся на отеч. совриск, то они-то, они-то!!! ого-го люди-человечища!-знают всё.
А сама эта мадам не черта лысого не понимает вообще в искусстве да и просто со вкусом у неё проблемы-сказывается недостаток общей культуры и возникают у неё подобные фразы:

Чисто по-человечески я ненавижу не только современное искусство, я не люблю и его любителей.

[ВЯЧЕСЛАВ]

Сообщение от Кирилл Сызранский

А сама эта мадам не черта лысого не понимает вообще в искусстве да и просто со вкусом у неё проблемы-сказывается недостаток общей культуры и возникают у неё подобные фразы:
Цитата:
Чисто по-человечески я ненавижу не только современное искусство, я не люблю и его любителей.

Ну прямо диагноз-приговор!
Стоило ли "так много буков" ,цитат и прочего содержимого использовать чтоб сколотить преамбулу - заклинание.

[Кирилл Сызранский]

Сообщение от ВЯЧЕСЛАВ

Стоило ли "так много буков" ,цитат и прочего содержимого использовать чтоб сколотить преамбулу - заклинание.

Не знаю.
Может и нет, не стоило.
Действительно: обсуждать эту журналистку и её "творчество" то же, что обсуждать телепередачу "Дом-2", но защитить нормальных людей, коих эта дама попыталась в своём тексте опустить до своего уровня, надо. Надо, ВЯЧЕСЛАВ, неприятно это, но надо...
И ставить это хабалистое быдлячество на место надо!

[Seriy]

Хороший художник- это мертвый художник! - а это разве не я сказал?:-)

[Евгений]

.
-------------------------------------------------------

Сообщение от Кирилл Сызранский

Современное искусство

Максим Кантор :"..... У нефтяников есть труба, у металлургов — алюминиевый карьер, у чиновников есть так называемый административный ресурс, который можно продавать как газ и нефть. Так неужели автономная область производства — искусство — не может быть использована по тому же принципу?

Подход к искусству был таким же, как в нефтяной отрасли: брали дешевую природную энергию, монополизировали добычу, повышали спрос, загоняли по спекулятивным ценам. Этой дешевой энергией стало пресловутое «самовыражение», не обремененное ни знаниями, ни умениями, ни старанием. То, что однажды было предложено авангардом в качестве протеста против коммерциализации искусства, было цивилизацией присвоено и использовано для наживы. Удобство данной энергии в том, что она исключительно легко добывается — практически из любого персонажа, объявленного художником. Разумеется, в этих условиях возрастает роль посредника — того, кто имеет право выдавать сертификат на качество энергии.

Читать дальше... 

Сначала занялись авангардом двадцатых. На вторичный рынок выбросили немереное количество продукта, производили его штабелями. Я был свидетелем того, как директору Бохумского музея прислали факс с репродукцией картины Малевича. Директор отреагировал: а где же на картине подпись? Следующий факс пришел уже с подписью.

Известная коллекция русского авангарда, собранная Харджиевым, была тайно вывезена из Москвы, легализована на Западе стараниями заинтересованных субъектов, а по пути следования увеличилась в несколько раз — трудно ли нарисовать дополнительные квадратики? Известные эксперты авангарда зарабатывали на атрибуциях подделок — это приносило стабильный доход. Самодельный авангард отмывался через музейные выставки и аукционы — и количество посредников в сделке не уступало цепочке лиц, участвующих в реализации нефтепродуктов.

Но подлинный расцвет художественного рынка связан с постоянным производством дешевой энергии — так называемого второго авангарда, символа свободы победившей демократии. Высказывание Энди Уорхола «В будущем у каждого будет пятнадцать минут славы» стало руководством к производству и сбыту. По сути, стратегия современного художественного рынка повторяет стратегию финансовую: замена золотого стандарта на бумажный эквивалент. Во имя движения вперед следует напечатать много купюр без обеспечения, все равно завтрашний прогресс заставит печатать новые.

Устаревшие институты (Министерство культуры, союзы художников) были разумно замещены «школами кураторов» — собраниями тех, кто инициировал художественный процесс. Подобно тому, как золотоискатели огораживают колышками участок добычи, кураторы обозначили участок девственной природы — будущую фабрику звезд. Отменить предыдущую историю искусств, забыть унылых пейзажистов и портретистов было тем легче, что за словосочетанием «союз художников» вставал призрак казарменного общества. Но мы-то теперь строим общество свободы и прогресса! А прогресс можно обслуживать только актуальным искусством, не так ли? Следует начать с нуля — только с неокрепшими душами, не обремененными знаниями истории искусства, можно шагнуть вперед. Так возник проект «актуального искусства», соответствующий стандартам художественного рынка развитых капиталистических стран.

Правда, не прошло и десяти лет, как новоявленные чиновники в точности воспроизвели алгоритмы советской власти: вошли в советы и комиссии, стали друзьями мэра и банкиров, обросли связями в правительстве. Теперь никого не смущает, что правительственный скульптор Церетели открывает Музей современного искусства. Какие могут быть противоречия? И то, и другое — актуальное искусство.

Поскольку демократическая цивилизация постулировала, что в искусстве есть прогресс, а прогресс достигается самовыражением, появился прямой смысл рекрутировать молодую рабочую силу — но и старых мастеров добычи забывать не следует. В конце концов, самовыражение у всех одинаковое.

Незадолго до смерти Пикассо опубликовал письмо, которое не любят цитировать, а когда упоминают, выдают за шутку гения. Написал он следующее: «Настоящими художниками были Джотто и Рембрандт, я же лишь клоун, который понял свое время». Пикассо довольно желчно описал послевоенное поколение — мальчиков, которые любят новые марки машин и спорт, зачем таким искусство? Феномен рынка искусств свелся к перманентному развлечению — и надо этому соответствовать. Тот, кто сможет кривляться, останется на плаву, «прочие не будут опознаны как художники». Письмо наделало много шума: автор — весьма известный художник (правда, отодвинутый несколько в сторону новыми американскими коллегами, в то время мода как раз сместилась в Штаты). Известный критик ответил художнику открытым письмом «Пикассо, вы смеетесь над нами!». Критик пытался доказать художнику, что искусство неуязвимо: «Позвольте, искусство бессмертно! А ваши голубки, ваши арлекины, ваши влюбленные?». Пикассо умер, спор остался незавершенным. Проживи художник чуть дольше и имей возможность наблюдать показательный альянс Эрмитажа с музеем Гуггенхайма в Лас-Вегасе, он бы нашел что ответить...."
http://www.expert.ru/printissues/exp...davcy_vakuuma/

[LCR]

Современное искусство действительно имеет отношение к этому форуму, Кирилл, но данная тема выходит за его пределы.

Неужели вы не понимаете, что в статье эта особа, восполняющая трудность склонения своей фамилии гипертрофированной способностью склоняться перед теми, кто ее кормит, и лизать им всякие места, говорит о художнике вообще, низводя его на роль свадебного генерала, которому разрешают производить продукт, дающий возможность сильным мира сего, то есть "закрытой Рублевке", играть роль просвещенных любителей изящных искусств, при условии, что он, художник, будет знать свое место, не выдавать никаких филиппик и бережно расходовать щедро поставляемые посуду и напитки.

Так что при случае ушлая дамочка, очень хорошо знающая, с какой стороны ее бутерброд маслом намазан, может и соцреалистов тоже разделать под орех, да что там соцреалисты - даже какому-нибудь виженери-Аполлинарию так врежет, если надо будет - мало не покажется
Дл тех, кто не понял:это называется "социальный заказ"

[artcol]

Сообщение от Seriy

Хороший художник- это мертвый художник! - а это разве не я сказал?:-)

Нет, я!

Добавлено через 4 минуты

Сообщение от Кирилл Сызранский

Не знаю.
Может и нет, не стоило.
Действительно: обсуждать эту журналистку и её "творчество" то же, что обсуждать телепередачу "Дом-2", но защитить нормальных людей, коих эта дама попыталась в своём тексте опустить до своего уровня, надо. Надо, ВЯЧЕСЛАВ, неприятно это, но надо...
И ставить это хабалистое быдлячество на место надо!

Господа, Вы опять повелись на провокацию Дети, право - так реагировать на бульварную журналистику!