Проект группы АЕС+Ф "Пир Трималхиона" (видеоинсталляция)

[Евгений]

Катастрофичность и комизм происходящего - грани современного искусства.
( Саша Лилик: интервью со Львом Евзовичем и Евгением Святским из группы AES+F.)


С.Л.: как возникла идея сделать такую работу (прим.ред. «Пир Трималхиона»), почему Вас заинтересовала эта тема?
Лев Евзович: Сама идея пришла, потому что нас очень заинтересовал современный отель, такой отель-резорт пяти-, шести-, семизвездочный. С ним можно работать как с некой метафорой современного социума, и в нем не только тема потребления, а нас даже больше интересовали отношения «слуги» и «господина» , и то, что обслуживающий персонал отеля, эти самые «слуги» - в основном представители, с европейской точки зрения, экзотических культур: чернокожие, азиаты, латиноамериканцы... И эти современные отношения слуг и господ и разных культур нас заинтересовали. И эти времена постпостколониализма, когда «не страны с центрозапада» начинают доминировать, и у Европы возникают определенные страхи. Об этом весь этот проект. И плюс конечно мы несколько иронизировали над стереотипом, что мы живем при «закате Рима».
С.Л.: А Вы считаете, что это не так, что не закат? Ваша ирония направлена на отрицание этой мысли?
Л.Е.: Мы никогда ничего не считаем, а пытаемся провоцировать зрителя на то, чтобы он сам что-то думал. Здесь возможны любые точки зрения, а мы иронизируем над какими-то стереотипами.

Читать дальше... 

С.Л.: В работе есть Ваша личная позиция? Или Вы просто отражаете то, что происходит в мире, пытаетесь заявить о проблеме?
Евгений Святский: Конечно, мы говорим об этих проблемах, но не предлагаем решений. Мы не судьи и не пытаемся давать ответы на вопросы, мы скорее склонны их поднимать, предъявлять людям некую реальность в нашем отражении.
Л.Е.: Мне кажется, это более верная позиция для художника, чем роль какого-то назидателя. Вряд ли кто-то имеет ответы на все сложные вопросы. Вообще, в работе затрагивается много вопросов, в ней много слоев. В ней всегда есть труднообъяснимая словами составляющая, которая действует на людей завораживающе, чтоб они стали на это смотреть. Главное - в этом проекте есть единое целое, непрерывная история искусства и культуры, и есть отсыл к отношениям цивилизаций, существующих в мире, стран «первого» и «третьего» миров. Это неразделенная проблематика, она и политическая, и социальная одновременно, а не то, что отдельно называется обществом потребления. Это одна проблематика, это все вместе.
С.Л.: А пути решения этих проблем Вы видите?
Е.С.: Мы безусловно видим! Но в нашей работе этого нет, это не труд Карла Маркса.
С.Л.: Может быть, тогда просто поделитесь своей точкой зрения?
Е.С.: Очевидно, что мир сейчас пребывает в какой-то переходной стадии, на пороге новых трансформаций. Все это ощущают, мы не единственные. Наверное, это как-то отразилось и в работе, ощущение катастрофичности. С одной стороны, стремление человечества к парадизу, мечта о рае на земле и попытки его реализации, но они всегда утопичны, и трагичны, и катастрофичны. Все это здесь присутствует.
Л.Е.: Но это одновременно и смешно...
Е.С.: Да, конечно мы видим и комизм, тщетность всех этих устремлений. Это такая плата за удовольствия. Все это присутствует и в реальности: мир еще недавно пребывал в риторическом состоянии относительно своего благополучия и возможностей. Потом вдруг резко начинается полоса, когда все наоборот, летит к чертям. Хотелось показать зыбкость границы между полным счастьем и катастрофой.
С.Л.: Что Вам нравится и не нравится в современном искусстве? Чего ему не хватает, по-Вашему?
Л.Е.: Мне кажется, что во-первых, современному искусству хватает всего. И сейчас это, на мой взгляд, единственная область культуры, в отличие от литературы, кинематографа и т.д., которая действительно описывает современность. С другой стороны, сказать, что в нем нравится, а что - нет... наверное невозможно, потому что этого очень много. Сейчас не те времена, когда есть какое-то мейнстримное направление в искусстве. Сейчас больше работает персоналия художника, который показывает свой взгляд на мир, который потом кто-то принимает, кто-то не принимает.
С.Л.: Можете сформулировать свое творческое кредо? Цель вашего творчества?
Л.Е: Мы принципиально любим уходить от таких вопросов, потому что зрители должны это понимать и считывать максимально по-разному с этого визуального ряда, который мы создаем.
Е.С.: Во всяком случае, мы можем сказать, что делаем то, что интересно нам самим, а не из конъюнктурных соображений.
С.Л.: Хотя многие современные виды искусства (инсталляции, видеоарт) появились еще несколько десятилетий назад, люди по-прежнему делятся на две группы: почитатели классического искусства и современного. Кто-то просто не может переступить этот порог восприятия современного искусства. Как можно это преодолеть, по-Вашему?
Л.Е.: Я думаю, что это стремительно преодолевается. Например, в России еще 20 лет назад это деление было максимально ярко выражено, была просто непреодолимая стена, сейчас же ничего непреодолимого нет. Любое искусство в свое время было современным. Сейчас очень развиты выставки, на которых выставляются, например, Рубенс вместе с каким-то современным художником, и параллели очень понятны. Мне кажется, в европейской культуре этого противопоставления никогда и не было, это скорее наследие каких-то советских штампов.
http://artgals.info/name/artists/aesf-15072010/