АРТ МОСКВА 2010, впечатления и цены

[SergeiSK]

Итоги выставки подвёл журнал "Огонёк"

В подвале ЦДХ расположился "Самый прекрасный музей мира". Стоит нажать иконку на тачскрине и на белые стены проецируются работы Матисса, Кандинского, Мунка, Кокошки в натуральный размер. Это коллекция музея Фолькванга из немецкого Эссена. Когда-то музей Фолькванга славился своим собранием европейского модернизма, но в 1937 году 1400 предметов были конфискованы нацистами. Сегодня коллекция рассеяна по миру, но музей все равно хранит ее в памяти компьютера и может вмиг "расставить" вдоль стен свои любимые призраки.
Как обычно, некоммерческая программа "Арт-Москвы" переигрывает саму ярмарку. Из искусства, выставленного в этом году на продажу, идеальный музей не создашь. Рынок до сих пор не может оправиться от кризиса. 9,3 млн, заработанные ярмаркой в 2007-м, остаются несбыточной мечтой 2010-го. На этот раз в ярмарке участвовало всего 37 галерей. Ряды их заметно поредели — организаторы еще в прошлом году подняли цены за участие в "Арт-Москве", выбрав такую специфически русскую методику сопротивления кризису. В первую очередь обиделись крупные галереи, которые усмотрели в этих 20 процентах надбавки неуважение к их именам и репутации. Теперь бывший банкир и крупнейший галерист Владимир Овчаренко из галереи "Риджина" вместе со своим немецким коллегой Фолкером Дилем мастерят новую ярмарку, которая откроется в декабре на "Красном Октябре" и будет называться Cosmoscow. Говорят, туда возьмут не всех. Разве может быть в Москве хорошее место, да без фейсконтроля?
Главная проблема 14-й "Арт-Москвы" — это потеря понимания потребителя: кто же сегодня, после кризиса, все еще продолжает собирать современное искусство. Ярмарка делает ставку на новых коллекционеров и проводит для них конференцию, куда приглашает кураторов из галерей Гагосяна и white cube и по инерции Машу Байбакову, дочь президента "Онэксим-девелопмент" Олега Байбакова и бывшую галеристку. Как раз недавно она бросила надоевший галерейный бизнес в Москве и уехала открывать ресторан в Лондоне.
Тут же, между стендами, прогуливается Марат Гельман. В новом образе. Теперь он закупает экспонаты для музея современного искусства PERMM, где служит директором. После придуманной Гельманом фантастически успешной выставки "Русское бедное", музей интересуется только произведениями из "бедных" материалов — скотча, мусора, железок, деревяшек. На "Арт-Москве" с мусором проблемы — богатое по-прежнему предпочитают бедному. Галеристам все еще видятся нувориши, падкие на забавные произведения искусства из драгметаллов. Frolov gallery уже второй год торгует огромным снимком — штабеля золотых слитков немецкого фотографа Ральфа Касперса. В прошлом году Фролов его уже продавал и продал. В этом году продает опять, в серии еще осталось пара отпечатков. На этот раз к золоту Касперса добавилась еще черная икра, пули для автомата Калашникова и изюминка проекта, многометровая вертикальная фотография миллиона евро — аккуратно сложенные в стопку купюры по 500. Художник утверждает: деньги его собственые. Коммерческая интуиция не подвела галериста — публика слетается на миллион. Не потратить, так посмотреть. Первый отпечаток ушел за 50 тысяч евро. Второй за 60 тысяч. Третий стоит уже 70 тысяч.
В число топов "Арт-Москвы" вошли скульптуры Тони Крегга, Кита Херринга и абсолютный блокбастер — картина братьев Чепмен. Она стартовала с цифры 750 тысяч долларов США. Цена, по-видимому, учитывала и живописную основу — работу Яна Брейгеля, купленную и разрисованную Чепменами. Если раньше Чепмены дорисовывали акварели Гитлера и портреты малоизвестных авторов XIX века, то теперь они могут себе позволить покупать шедевры. Этот постмодернистский прием разбил сердца поклонников старых мастеров. Публика на ярмарке сравнивала жест Джейка и Диноса Чепменов с поступком Александра Бренера, который в конце 90-х нарисовал зеленой краской из пульверизатора знак доллара на картине Малевича "Белый супрематизм" из музея Стаделик. Бренера тогда посадили, а Чепменов, говорят, купили в первый день. У каждого свой "самый прекрасный музей".
Анна Монгайт
(Журнал «Огонёк» № 38 (5147) от 27.09.2010)