Карандашный рисунок: от Ореста Кипренского до Казимира Малевича

[Тютчев]

Лучшие карандаши России

Дмитрий Смолев

Экспозицией "Карандашный рисунок: от Ореста Кипренского до Казимира Малевича" Третьяковская галерея продолжила выставочный цикл "Техники и материалы графики". Из запасников музея извлечены для показа две с половиной сотни листов от лучших художников прошлого.

Для подавляющего большинства людей рисунок карандашом становится самым первым в жизни опытом приобщения к изобразительному искусству. Конечно, от младенческой "каляки-маляки" до профессионального владения этим инструментом - огромная дистанция, но все-таки даже на музейной выставке зритель может ощутить некую духовную близость с материалом. Вот бумага, вот графитный стержень, вот рука автора - и никакого мошенничества, никаких секретов и технологических уловок...

Хотя, разумеется, есть и уловки, и секреты. Одна из главных задач выставки и состоит в демонстрации приемов, которыми пользовались художники, рисуя карандашом. Не разоблачения ради, а познания для. Само выражение "карандашный рисунок" в заглавии не должно пониматься слишком узко. Привычное всем изделие из дерева и графита отнюдь не исчерпывает спектра возможностей, особенно если речь о временах минувших.

Рисовали когда-то карандашами серебряными и свинцовыми (а впоследствии с их помощью стилизовали старину). В XIX веке особую популярность имел так называемый "итальянский карандаш", имевший приятную бархатистость и насыщенность тона. Некоторые авторы любили рисовать карандашом литографским, вообще-то предназначенным для нужд печатной графики. Найдутся на выставке и произведения, выполненные углем, соусом, сангиной, а еще чаще встречаются комбинации нескольких материалов. Обычно на этикетках в таких случаях пишут "смешанная техника", но здесь все расшифровано в подробностях, раз уж обещан просветительский аспект.

Правда, сюжеты рисунков и имена их авторов наверняка привлекут больше внимания публики, нежели особенности технологии. До них ли, когда обнаруживаешь в экспозиции карандашные варианты "Явления Христа народу" Александра Иванова или эскиз к картине "Запорожцы пишут письмо турецкому султану" Ильи Репина. Или когда вникаешь в содержание жанровой сцены "Двоеженец" от Василия Пукирева - невеста в обмороке, прежняя жена причитает, батюшка у алтаря разводит руками...

Действительно, если хочешь постичь, как функционирует живописная "кухня", погрузись в мир карандашных этюдов, эскизов, зарисовок. Все знаменитые картины начинались именно с них. Потому на выставке в ГТГ и оказалось так много материалов подобного рода. Они чрезвычайно занимательны, но иногда эта занимательность отвлекает от достоинств, которыми обладают рисунки, не связанные напрямую с созданием картин.

Всегда были художники, ощущавшие самоценность карандаша. Помянуть хотя бы листы Михаила Врубеля, Валентина Серова, Константина Сомова - они не выглядят подготовительными материалами к "чему-то большему", а являются законченными и полноценными шедеврами. Впрочем, даже там, где не шедевры, все равно обнаружатся высочайший класс и уверенная добротность. Так уж тогда учили - в Императорской академии художеств, в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, в других заведениях. Для примера в экспозицию включены студенческие натурные штудии, сделанные в юности Александром Ивановым, Ильей Репиным, Иваном Крамским. Гениальность гениальностью, а школа - вот она.

Фрагменты карандашной мозаики складываются в довольно цельную картину. Вся история русского искусства конца XVIII - начала ХХ века здесь как на ладони. И при этом никаких полотен... Выставку, конечно, можно рассматривать лишь в качестве приложения к основной экспозиции музея. Скорее всего, так она и будет воспринята большинством посетителей. Однако наиболее восприимчивые и наблюдательные из них должны бы почувствовать специфическую интонацию, свойственную именно карандашным рисункам. Они куда ближе к первоначальным импульсам и побуждениям автора, чем большие картины. Из них и вырастает изобразительное искусство.

http://www.izvestia.ru/culture/article3147985/