У всякого свой вкус

[Кирилл Сызранский]

Как изменился спрос на русское искусство за последнюю четверть века: версия международных аукционных домов.

Недавняя неделя русских аукционов в Лондоне прошла нехорошо. В 2007 году объем проданного на торгах четырех аукционных домов доходил чуть ли не до £100 млн за сезон — а теперь едва перевалил за £20 млн. Sotheby’s собрал £12,2 млн, Christie’s — £5,3 млн, MacDougall’s — £2,7 млн, Bonhams — около £1 млн. Самой дорогой картиной всех торгов стала Спящая девочка Зинаиды Серебряковой, проданная на Sotheby’s за £3,845 млн; больше ни одна работа миллионный рубеж не преодолела. Понятно, что в падении активности виноваты обстоятельства — политический и экономический кризис. Но не только. Русские покупатели вступили в период переоценки ценностей и смены приоритетов.

В 1990-е годы в сердцах отечественных покупателей, обживавших международный арт-рынок, практически безраздельно царило русское искусство конца XVIII — XIX века. «Старые» русские клиенты привычно интересовались Фаберже, а «новые» охотились за Иваном Айвазовским, Иваном Шишкиным, Исааком Левитаном и Юлием Клевером (близким народу, но не искусствоведам), «уважали» гарнитуры красного дерева и карельской березы. Уже тогда самые дальновидные пополняли свои собрания произведениями авторов первой трети ХХ века. Работы Александра Бенуа, Константина Сомова, Зинаиды Серебряковой, Бориса Григорьева можно было приобрести на аукционах за £15–20 тыс. Однако массовый интерес покупателей к этому периоду стал проявляться только в начале 2000-х, когда взлетели цены на работы Наталии Гончаровой, Михаила Ларионова, Аристарха Лентулова, на ранние вещи Петра Кончаловского, мастеров «Бубнового валета» и «Голубой розы». В это же время наши коллекционеры стали значительно активнее интересоваться импрессионистами и старыми мастерами. Рубеж 1990–2000-х годов создал новую иерархию художественных ценностей: лидировало по-прежнему классическое русское искусство (но уже захватывающее ХХ век), на втором месте оказались импрессионисты, затем старые мастера и постепенно привлекающее внимание западное современное искусство.

2000-е принесли новые цели: нахлынула и откатилась волна увлечения соцреализмом, пробудив интерес к более позднему периоду советского искусства — Виктору Попкову и мастерам «сурового стиля». Произведения нонконформистов перестали быть объектом интереса исключительно иностранцев-экспатов и коллекционеров — друзей художников и вошли в респектабельные и разнонаправленные по составу коллекции. Возникли группы коллекционеров, чья увлеченность и финансовые возможности отразились в росте цен на совершенно разных по своей индивидуальности авторов, например Николая Рериха, Ладо Гудиашвили, Ивана Похитонова. В 2006–2008 годах произошли серьезные изменения в спросе: русские покупатели стали бороться за серьезные работы на престижных вечерних торгах в международных разделах Импрессионисты и модернисты и Старые мастера. Современное западное искусство стало привлекательным для русских покупателей, не в последнюю очередь в связи с их перемещением в Европу. Но, несмотря на новую иерархию ценностей, что-то осталось неизменным: хорошего русского искусства по-прежнему на всех не хватает.

Ирина Степанова
Заместитель генерального директора Sotheby’s Россия и СНГ:

Читать дальше... 

С некоторых пор на международном рынке появился термин «русский вкус», который проявляется во всех сегментах рынка. Это только лучшие вещи и первые имена (тут конкуренты наших коллекционеров — арабские и китайские покупатели, в том числе в разделе вина и ювелирного искусства). Наши коллекционеры подсознательно идут по заданному пути: им, как Петру I и Екатерине II, нужны малые голландцы, импрессионисты, как Щукину и Морозову, русские первые имена, как Павлу Третьякову. Ну и конечно, обнаженная женская натура, даже если она синего цвета с зелеными волосами, но написана Кирхнером или ван Донгеном. А вот европейский XIX век нашим коллекционерам не так близок, тут вызывают интерес, скорее, недорогие интерьерные вещи, параллель с Семирадским или Бакаловичем.

Я думаю, что по-прежнему будут пользоваться устойчивым спросом работы авангардистов, художников Серебряного века. Постоянна мода на советских модернистов, без приторной идеологической начинки, но с присущей им жизнерадостностью.

Статистика Sotheby’s отмечает серьезные изменения, произошедшие в 2006–2008 годах: русские покупатели переместились с дневных на вечерние, более серьезные торги в международных разделах Импрессионисты и модернисты и Старые мастера. Мало того, если в 2010 году «русские деньги», потраченные на всех торгах, делились поровну между русским и не русским искусством, то в 2014 году русскому искусству досталось не более 35% средств, потраченных нашими соотечественниками на аукционах.

Очень интересный процесс — выход русских покупателей на рынок современного западного искусства. В 2014 году 26% ставок на этих торгах было сделано русскими.

Русских коллекционеров пока нельзя назвать трендсеттерами на мировом уровне, но внутри самого русского коллекционерского сообщества появились сильные магнетические личности (вспомним собрания Петра Авена, Виктора Вексельберга, проекты фонда AVC Андрея Чеглакова, недавнюю выставку старых мастеров из коллекции Константина Мауергауза в Пушкинском музее) — они активизируют внимание к определенным авторам и направлениям. В разделе русского искусства конца XVIII — начала XIX века очень интересная коллекция у Андрея Руденцова и Сергея и Татьяны Подстаницких.

Екатерина Макдугалл
Дирeктор аукционного дома MacDougall’s:

Читать дальше... 

Мы начинали с идеи Парижской школы и хотели специализироваться на этом сегменте. Однако наши ожидания не оправдались: большинство авторов Парижской школы, которые появлялись на русских торгах, так и не дали стабильно высоких результатов, а некоторые ушли в более высокие ценовые сегменты и на более престижные международные торги Импрессионизм и модернизм, как, например, Хаим Сутин.

На первые годы нашей работы пришелся взлет интереса к соцреализму — это был короткий период, когда эти произведения воспринимались покупателями, можно сказать, как объекты соц-арта. Однако скоро стало ясно, что реального дистанцирования от этого исторического периода не произошло, и после кризиса 2008 года интерес к теме угас. Во всяком случае в 2013 году, глядя на Заседание Реввоенсовета Исаака Бродского (эстимейт £200–300 тыс.), покупатели говорили, что оно слишком сильно напоминает им заседание совета директоров, и не торопились приобрести его, чтобы повесить перед глазами как источник положительных эмоций.

На нонконформистов и художников-реалистов второй половины ХХ века в целом по рынку есть запрос. Тут интересны относительные показатели: если для классического искусства превышение эстимейта в два раза — редкость, то в этом сегменте уход за три-четыре эстимейта — достаточно частое явление.

Дарья Черненко
Директор отдела русского искусства Bonhams:

Читать дальше... 

Есть авторы, которые всегда востребованы покупателями. Например, Айвазовский, особенно камерные его работы. А вот интерес коллекционеров к популярным когда-то «головкам» Маковского и работам Харламова снизился. Если раньше «головку» оценивали в £160 тыс., то сейчас — в £60 тыс. (и еще нет уверенности в продаже). Что неизменно, так это любовь русских коллекционеров к обнаженной натуре — есть постоянный спрос на такие работы Льва Чистовского и Григория Глюкмана, особенно крупноформатные. Еще одна постоянная черта русских покупателей — это большее внимание к живописи, чем к графике (даже если это работа серьезного мастера).

Стабильно популярны у коллекционеров Рихард Зоммер с его среднеазиатскими сюжетами и Франц Рубо с кавказской тематикой (не так давно мы продали его работу за £130 тыс.). Их часто покупают клиенты из соответствующих регионов, в частности, произведения Рубо вызывают большой интерес в Дагестане. Ориентальная тематика на русских торгах продается лучше, чем в разделе мусульманского искусства, — мы это отметили еще три-четыре года назад.
Есть интерес к военной тематике среди стабильного круга коллекционеров (хотя и нет таких битв, как тогда, когда покупала Елена Батурина).

На русском рынке сильно чувствуется влияние крупных коллекционеров, которые могут вести за собой рынок. Но если кто-то из крупных игроков уходит, то цены падают. Так, у конкретных коллекционеров был всплеск интереса к нонконформистам (не тенденция, а именно покупки отдельных людей), а сейчас все затихло, и цены на Рабина и Рухина упали. Предложения работ Целкова приходят со всего мира, от иностранцев (видимо, когда-то купили в Москве), но если раньше Целкова покупали за £120–130 тыс., то сейчас спроса нет. Своя постоянная аудитория покупателей есть у работ Николая Рериха, но крупные работы раньше покупали человек десять, а теперь меньше. Мы перестали брать на торги Парижскую школу, поскольку реального спроса не видим. Рынок соцреализма определяется активностью ограниченного числа крупных покупателей, в том числе Андрея Филатова и Алексея Ананьева, и распространяется только на выдающиеся вещи. Еще русские покупатели очень активны на house sale, когда распродается целиком обстановка и коллекции.

[Fed]

Сообщение от Кирилл Сызранский

у конкретных коллекционеров был всплеск интереса к нонконформистам (не тенденция, а именно покупки отдельных людей), а сейчас все затихло, и цены на Рабина и Рухина упали. Предложения работ Целкова приходят со всего мира, от иностранцев (видимо, когда-то купили в Москве), но если раньше Целкова покупали за £120–130 тыс., то сейчас спроса нет.

Вспомнил Павла, который упорно это пророчил годами. И допророчествовал таки.
Рабин с 40, 60, 70 в 2008 на 10-20 сейчас оказался. От таких цифр даже посравнивать решил- может качество исчерпалось. Но нет- та же чернуха, даже интереснее. А цены ... так ещё и не берут явно ходовые.

Видно о чём много говорили произошло,- основная масса коллекционеров утекла на запад, а западное всё же и занятнее и потенциально ликвиднее при складывающейся ситуации.

Спасибо за тему- наконец-то очень интересное и полезное.

[Кирилл Сызранский]

Сообщение от Fed

Рабин с 40, 60, 70 в 2008 на 10-20 сейчас оказался.

Дело не в Рабине, Рабина, кому надо было, давно уже накупили и он присутствует во многих коллекциях и музейных собраниях.
Покупателей нет на русского изобразительное искусство, а его продавцы в такое время что-то уникальное на рынок не выставляют, вот и видим в каталогах русских торгов среднее и по качеству, и по цене.

Сообщение от Fed

Видно о чём много говорили произошло,- основная масса коллекционеров утекла на запад, а западное всё же и занятнее и потенциально ликвиднее при складывающейся ситуации.

Там меняется даже сам взгляд на изобразительное искусство и уехавшие отсюда сейчас даже не могут что-то выбрать из оставшихся в России коллекций, что было бы уместно отвезти на новое место.

[Vladimir]

У Инны в статье все правильно. Покупатели стали прагматичнее и образованнее.

Мы давно фиксируем эту тенденцию.

http://artinvestment.ru/invest/analy...22_circus.html

Причина № 6. Потому, что повысилась информированность покупателей о ценах — и решения о покупке стали приниматься более рационально. В 2008 году случился не только кризис. На традиционный рынок искусства нашла еще одна напасть — Интернет. Прежде закрытый в части цен рынок стал более прозрачным. И менее надменным. Покупатели научились пользоваться базами данных аукционных результатов, стали, страшно подумать, даже покупать в Сети. Да что там вспоминать — в 2008 году как раз появился и ARTinvestment.RU со своей базой и форумом. Словом, мы наблюдаем естественный исторический процесс: Интернет и информированность во многих случаях способствуют снижению цен на ряд произведений отдельных художников.


http://artinvestment.ru/invest/analy...41028_oil.html

От ответа на вопросы «кто виноват» и «что будет» самое время перейти к «что делать».

Перво-наперво надо избавиться от иллюзий, что угнетенная экономическая ситуация — это ненадолго. Даже если санкции отменят через полтора-два года (на что рассчитывают умные люди), то это не значит, что рынок искусства сразу быстро воспрянет. Мы ведь так уже думали после 2008 года, правда? А жить до сих пор приходится в кризисных реалиях. Вероятно, новая эпоха высоких цен не наступит еще 5–10 лет.

Если конкретизировать проблему по секторам, то, например, в зоне риска находятся вторые имена XIX века. Уже сейчас они продаются туго, и есть ощущение, что лучше не станет. Или, например, средние по качеству работы первых имен среди шестидесятников. Именно средние. То есть когда вещи — не шедевры, а за имена просят дорого, десятки тысяч долларов. Очередь за такими вещами тоже не выстраивается. Что и понятно: дорого и коллекционеров мало.

Словом, второе, что стоит сделать участникам рынка, — стать реалистичнее и сговорчивее. Ближайшие несколько лет цену на рынке, по-видимому, будут диктовать покупатели. Поэтому, например, средние по качеству вещи стоит без сожаления продавать, даже если предлагают цену ниже ваших ожиданий где-нибудь на 20 %. В противном случае нужно быть готовым «зависнуть» с ней на несколько лет. Впрочем, совсем за копейки отдавать, конечно, не стоит, пусть уж тогда до лучших времен лежат. Одновременно в условиях кризиса нужно включать «радар» и покупать с оказией хорошие вещи на хороших условиях. Конечно, при прочих равных стоит отдавать предпочтение наиболее ликвидным авторам. Имена наиболее востребованных нашими покупателями авторов мы не скрываем: Зверев, Яковлев, Слепышев, Ворошилов и многие другие (см. на AI «Искусство эконом-класса. Ситуация на рынке»). Возможно, кризис мотивирует и упорядочит стремление коллекционеров и продавцов искать наконец-то новые идеи и перспективные инвестиционные направления. В частности, прямо сейчас мы наблюдаем активизацию интереса к экономичному сегменту и даже второму ряду шестидесятников. Еще можно вспомнить, например, про замечательных «кинетистов», или про горкомовских экспрессионистов середины 1970-х — конца 1980-х годов (ту же группу «21»), или, наконец, про современное искусство — есть еще масса направлений, где можно рискнуть и потенциал роста цен далеко не исчерпан.

[Кирилл Сызранский]

Vladimir, немного перефразируя фразы из Ваших с Констатином прошлогодних статей, скажу так:

Словом, мы наблюдаем естественный исторический процесс: политика нашего нацлидера и санкции мирового сообщества как реакция на эту политику способствуют снижению интереса к покупке произведений изобразительного искусства до минимума, до нуля.

И:

Словом, что стоит сделать участникам рынка, — стать реалистичнее. В ближайшие несколько лет арт-рынка, по-видимому, в стране не будет. Придется переквалифицироваться в управдомы.

[Vladimir]

Сообщение от Кирилл Сызранский

В ближайшие несколько лет арт-рынка, по-видимому, в стране не будет.

Стоп, но мы же научились работать в новый реалиях? Рынка образца 2008 года не предвидится, да. Но рынок тем не менее есть.

[Кирилл Сызранский]

Сообщение от Vladimir

Стоп, но мы же научились работать в новый реалиях?

А "мы" это кто? Кто научился работать в новых реалиях?

Сообщение от Vladimir

Но рынок тем не менее есть.

Рынка-то и раньше не было, а ныне кое-какие сделки на территории РФ и подавно назвать рынком трудно.

[mihailovoh]

Сообщение от Vladimir

Стоп, но мы же научились работать в новый реалиях? Рынка образца 2008 года не предвидится, да. Но рынок тем не менее есть.

Успех любого аукциона в подборе лотов под конкретного покупателя и "адекватности текущей ситуации" резерва.

"На русском рынке сильно чувствуется влияние крупных коллекционеров, которые могут вести за собой рынок. Но если кто-то из крупных игроков уходит, то цены падают.= Это взгляд на "крупняк"
В переводе на реалии(массовое потребление) означает.что при отсутствии отдельных покупателей "темы" нет и ухода. Рынок очень тонкий.Количество предложений значительно превосходит спрос.

" Если раньше «головку» оценивали в £160 тыс., то сейчас — в £60 тыс." и "Так, у конкретных коллекционеров был всплеск интереса к нонконформистам (не тенденция, а именно покупки отдельных людей), а сейчас все затихло, и цены на Рабина и Рухина упали. Предложения работ Целкова приходят со всего мира, от иностранцев (видимо, когда-то купили в Москве), но если раньше Целкова покупали за £120–130 тыс., то сейчас спроса нет. " - Трудно смириться.но здесь ключивые слова- "(видимо, когда-то купили в Москве)" и 60 тыс. НЕ УБЫТОК.а просто не полученая ожидаемая прибль.

[Fed]

Сообщение от Vladimir

Вероятно, новая эпоха высоких цен не наступит еще 5–10 лет.

Какой позитивный взгляд.
А если просто продлить реалии,- что выйдет ?
За 7 лет капитализация компаний РФ упала ориентировочно в 4 раза, в отличие от рубля. При этом реальные проблемы толь сейчас стали всем видимыми и чувствительными.
Так что продлить не сложно, даже если всё это будет очень примерно:
через 7 лет- капитализация уже в 10 раз меньше, после 2017 г. фондов стабилизационных практически нет, рубль стоит 150 за доллар и компенсировать армии так или иначе не работающих их доходы уже давно не возможно.
Бизнес и коллекционеры бегут толпами за границу, даже и без влияния очень умной политики, просто спасая свой уровень жизни и капиталы, сбрасывая дешевеющую собственность. А почему бы ей дорожать ?

Как в эти условиях будет вести себя рынок искусства ? Кого посоветует покупать Артинвестмент- почём, и зачем ?
А мне особенно интересно кого в "современном искусстве" по совету Vladimir, можно покупать ?
И будет ли это называться инвестицией ?

[Борис Кон]

Сообщение от Fed

Бизнес и коллекционеры бегут толпами за границу...

Fed, но на их место неприменно приходят другие.
Это восполняемый, беспрерывный, процесс.
История этому учит-учит...
Конечно,пришедшие нуворишы не будут такими изысканно-избирательными как предыдущие, но это лишь временно.