Сообщение от Allena
Сталевар, не бывает только черного и белого. Симоновские стихи в данном случае не показатель, а типичный образец пропаганды. Ничего дурного в данном случае ввиду не имею, но так было; и если это стихотворение сыграло предназначенную ему роль (в чем не сомневаюсь ни на иоту), то, значит, оно послужило правому делу.
Речь о другом: нельзя людей, брошенных в эту мясорубку, делить на "черных" и "белых". Мы все родились после войны, и сколько бы мы ни читали, ни смотрели фильмы, ни слушали воспоминания, мы все равно не сможем представить себе состояние тех людей, которым пришлось это на себе испытать.
Человек -- он всегда человеком остается, только в такие тяжелые времена проявляется его сущность. И редко кто может предсказать, как поведет себя тот или иной человек на фронте. Кто-то по сути своей -- садист, кто-то -- мародер, лавочник, кто-то в ребенка выстрелить не сможет, а другой будет палить направо и налево, заглушая голос собственной совести словами "Война все спишет", а какой-нибудь провинциальный бухгалтер окажется благороднейшим человеком -- человеком в худшие времена своей жизни.
Не делите воюющих людей на хороших и плохих. Психология человека на войне -- это сложнейшая вещь. Это сейчас солдат специально готовят, а тогда об этом особо не задумывались (в современном смысле этого понятия). Пропаганда была, да еще какая, но сейчас все по-другому.
Память никогда не уйдет -- ни о преступлениях, ни о геройстве, ни о подлости, ни о благородстве. Но люди людьми остаются всегда. Другой вопрос: какими?
Прочитайте воспоминания художника Леонида Рабичева. он мальчишкой на фронт попал. Сразу скажу: читать будет очень неприятно. Я с трудом себя заставила до конца дочитать, но человек опубликовал это как покаяние, ибо жить с этим в душе ему невыносимо. А сколько таких (с обеих сторон), кто публично не покаялся, а по ночам эти кошмары переживает вновь? самых обычных людей, только войной переломанных?
"Остров" Лунгина посмотрите. Не каждому из этих переломанных выпало счастье быть услышанным в пожизненном покаянии за минуту страха и малодушия, проявленного на войне, мальчишкой. И единицам, наверное, было дано оплатить свои счета здесь, как герою фильма.
|