Показать сообщение отдельно
Старый 10.07.2009, 13:02 Язык оригинала: Русский       #15
Гуру
 
Регистрация: 16.04.2008
Сообщений: 1,212
Спасибо: 1,422
Поблагодарили 7,267 раз(а) в 946 сообщениях
Репутация: 5497
По умолчанию

Эта статья появилась три дня назад на сайте www.artnews.com. Я ее дополню небольшими комментариями, они будут выделены синим цветом.

Поддельный русский авангард

С выдуманными провенансами, недостоверными сертификатами подлинности и «вновь открытыми» работами художников, забытых историей, фальсификаторы наполнили галереи и аукционные дома подделками русского авангарда. Проведенное в течение шести месяцев исследование ARTnews показало, что фальшивых работ в настоящий момент больше чем подлинных.
В марте неожиданно была закрыта выставка 192 картин русского авангарда, за три дня до ее запланированного закрытия, после того, как известный эксперт заявил, что 190 из представленных работ фальшивки. Выставка, проходившая в замке города Тура (Франция), была посвящена Александре Экстер, ведущей фигуре авангарда. Экстер родилась на Украине, обосновалась во Франции в 1924 году и жила там до своей смерти в 1949.
Разоблачителем оказался Андрей Наков, который сам был в центре скандала в 1980-х, когда его обвинили в присуждении подлинности более тысяче сомнительных рисунков пастелью и карандашом другого светила русского авангарда Михаила Ларионова. Наков предъявил иск «Трибьюн де Женев» за опубликованную там статью и выиграл дело. Суд постановил, что его целью не было намеренное продвижение подделок.
Организатором выставки Экстер, владельцем 130 ее работ, был другой известный эксперт, парижский арт-дилер Жан Шовлен (Jean Chauvelin). Он заявил французской прессе, что приобрел картины в России 30 лет назад. Шовлен не мог предоставить властям сертификаты подлинности на эти работы, но в них и не было надобности, потому что, как он сам выразился «Эксперт – это я» .
Тем не менее, центральная прокуратура по борьбе с незаконной торговлей культурными ценностями (Office Central de lutte contre le trafic des Biens Culturels) арестовала работы, которые теперь находятся под охраной полиции. Представитель полиции заявил, что ведется расследование.

Об этом деятеле и его выставке уже не раз писалось на нашем форуме. См. http://forum.artinvestment.ru/showthread.php?t=22305
http://forum.artinvestment.ru/showth...%E2#post317515

Это уже не первый раз, когда музей оказывается сбитым с толку предположительно фальшивыми картинами русского авангарда. В прошлом году музей искусств Бункамура (Bunkamura Museum of Art) в Токио снял с выставки пять работ, приписываемых Шагалу, Кандинскому и Ивану Пуни, которые были предоставлены Московским музеем современного искусства, несмотря на то, что Московский музей настаивал на том, что работы подлинные.

Об этом тоже писалось:
http://forum.artinvestment.ru/showth...0%EB#post51855

Читать дальше... 

На протяжении шести месяцев представители ARTnews опрашивали ученых, арт-дилеров, работали с разными источниками в США, России, Германии, Франции и Испании. Исследование показало, что количество фальшивых работ русского авангарда на арт-рынке настолько велико, что уже превысило количество подлинных. «Поддельных работ больше, чем настоящих» – заявила Алла Розенфельд, куратор коллекции советского нонконформистского искусства Нортона Доджа в университете Ратжерс (Rutgers University) с 1992 по 2006 год и бывший вице-президент русского отдела Сотбис в Нью-Йорке. «Их невозможно посчитать, – сказала Наталья Курникова, владелица галереи Наши художники в Москве. – Но мы можем сказать, что почти каждый художник, цены на чьи картины выросли, стал жертвой создателей фальшивок».
Президент Альфа-Банка в Москве и владелец одной из лучших в мире коллекций русского авангардного искусства Петр Авен назвал количество подделок «колоссальным». «Это поражает арт-рынок, – говорит Розенфельд, – потому что люди начинают с неохотой приобретать работы русских художников». По словам Александры Шацких, искусствоведа и признанного ведущего специалиста по русскому авангарду, ситуация ухудшилась с 1996 года, когда ARTnews опубликовал свою первую статью о подделках русского авангарда. Также она добавила, что «с появлением российских покупателей на арт-рынке возник новый спрос, который вызвал волну подделок, что по большому счету превысило количество подделок в первой половине 1990-х».
Поддельные изображения и безделушки «фаберже» из поколения в поколение беспокоили арт-рынок, но за последние два десятилетия растущий спрос на русское искусство привел к более изобретательным злоупотреблениям. На какое-то время «русифицированные» картины – европейские пейзажи и портреты 19 века, переделанные под русские – наполнили галереи и антикварные лавки в Москве, и направились на запад, появляясь даже на крупных аукционах. Именно русский модернизм – искусство первых трех десятилетий 20 века – привлекал большинство западных коллекционеров и как следствие - создание подделок.
Сотни работ появились за последние годы в аукционных домах и галереях по всей Европе, от Мюнхена до Мадрида. У таких работ очень схематичный провенанс, в котором определенные утверждения повторяются снова и снова: говорят, что работы происходят из до сих пор неизвестной частной коллекции, или, что были тайно ввезены в Израиль иммигрантами в 70-е, или были приобретены у провинциальных музеев бывших советских республик (хотя такая практика была запрещена), или были конфискованы и спрятаны на полвека бывшим КГБ, несмотря на то, что эксперты говорят, что не было ни одного зарегистрированного случая появления работ авангарда из КГБ.
Аукционный дом Nagel в Штутгарте (Германия), к примеру, на русских торгах 26 апреля 2007 предложил шесть картин из коллекции покойного барона Чианчио Виллардита (Baron Ciancio Villardita) – коллекции, неизвестной экспертам русского искусства. Согласно аукционному каталогу барон приобрел работы Натана Альтмана, Давида Бурлюка, Натальи Гончаровой, Ивана Клюна, Бориса Кустодиева и Надежды Удальцовой у члена итальянской коммунистической партии в 60-е и в начале 70-х годов. Этот член партии, согласно каталогу, купил холсты Альтмана у советского чиновника в 1938 году, когда Советский Союз содрогался от сталинской кровавой чистки, и западные коммунисты, чиновники Коммунистического Интернационала, или Коминтерна, жили в страхе за свою жизнь. Все иностранцы в Москве были под наблюдением, и, по словам экспертов, было бы настоящим подвигом в то время приобрести запрещенные работы «формалистов».
Единственной информацией, которой располагает аукционный дом, о бароне Ciancio Villardita, является то, что он умер в 90-е. Был ли это тот самый барон Ciancio Villardita, который упоминается в показании Антонио Кальдероне (Antonino Calderone), подчиненный сицилийской группировки Коза Ностра, который прилетел во Францию в 1983 году и сотрудничал с властями? Согласно Кальдероне, Ciancio Villardita был фальшивым аристократом, который работал секретарем ради членства в итальянском парламенте, собирая деньги от сицилийской мафии для Христианской демократической партии.
Другая группа из семи работ значительных художников, которые были представлены на тех же торгах, появились, согласно каталогу, из коллекции Джозефа Кексмара (Józef Kecsmár) и Джэнос Кексмара (Janos Kecsmár) в Будапеште. Будапешт – маленький город, где люди, вращающиеся в мире искусства, знают всё о деятельности друг друга, но несколько членов венгерского арт-круга, включая Тамаса Кисельбаха (Tamás Kieselbach,) ведущего арт-дилера и владельца аукционного дома Kieselbach, сказали ARTnews, что они никогда не слышали о коллекции Кексмара.
Большое количество русских работ 19 века и авангарда, которые вертелись в европейских аукционных домах, получили сертификат от русских историков искусства или институтов. После распада Советского Союза ведущие российские государственные музеи и хранилища, включая Третьяковскую галерею и реставрационный центр им. Грабаря, пришли в этот бизнес, и занялись выдачей сертификатов подлинности.
Тем не менее, в 2004 году пейзаж, заявленный как шедевр знаменитого Ивана Шишкина (1832-98) был выставлен на торги Сотбис в Лондоне с эстимейтом 700 тысяч фунтов стерлингов (1,28 миллионов долларов), чтобы разоблачить в нем работу голландского художника Маринуса Куккука (Marinus Koekkoek). Холст был приобретен у аукционного дома Bukowskis в Стокгольме годом ранее за 56 тысяч долларов, слегка перерисованный, с подписью Шишкина, и с сертификатом отдела экспертизы Третьяковской галереи. Работа была снята с торгов за день до аукциона.
В Москве в 2005 году были арестованы два арт-дилера Татьяна и Игорь Преображенские за продажу «русифицированных» картин (они были признаны виновными и приговорены к тюремному заключению). Стало известно, что были проданы сотни таких картин и что Третьяковская галерея, реставрационный центр им. Грабаря и другие институты выдавали на большинство из них сертификаты подлинности.

См. более подробно:
http://forum.artinvestment.ru/showth...ED%F1%EA%E8%F5
http://forum.artinvestment.ru/showthread.php?t=3355

После внутреннего расследования Третьяковка установила, что среди 212 «русифицированных» картин, рассмотренных в отделе экспертизы музея, 116 были признаны фальшивыми и 96 были ошибочно названы подлинными. В 2006 году российское министерство культуры запретило институтам выдавать сертификаты на произведения искусства. Но европейские аукционные дома по-прежнему продолжают продавать картины с сертификатом Третьяковской галереи и других российских институтов.
Много видных историков искусства, которые начинали свою карьеру в качестве академических ученых, подтверждают подлинность работ русского авангарда. По словам Шацких и многих других те, кто выдают сертификат подлинности, утверждают, что собирают каталог-резоне и обещают включить данную работу в будущую публикацию, что дает заметный вес их сертификатам, которые в свою очередь редко содержат особую информацию о происхождении работы или детальный сравнительный анализ с другими похожими работам художника.

Из этой статьи создается впечатление, что все русские эксперты являются мошенниками. Это, конечно, совсем не так. Когда российская конфедерация антикваров и арт-дилеров создавала свой экспертный совет, то в этот совет отбирались тайным голосованием эксперты, никогда не замеченные в непрофессионализме или ангажированности. И этим экспертам, действительно, можно доверять.

Другим механизмом, по словам Шацких, является репродукция сомнительных работ в академических книгах. «Эта практика связана с чисткой от фальшивок на выставках. Работы, вызывающие сомнения, появляются в каталогах выставок, подготовленных серьезными музеями, и даже иногда оказываются на обложке».
Учитывая количество подделок и редкое наличие документации, покупатели, как считают эксперты, должны быть осторожны. Авен говорит, что покупает работы только со «100% провенансом и если продавцы говорят, что они не могут выявить происхождение работы, то я отказываюсь даже обсуждать это». Если работа не имеет «железный провенанс или не репродуцировалась и не участвовала на выставках в течение жизни художника», Авен не прикасается к ней.

Это, пожалуй, перебор. Подобный подход справедлив для крупных, «программных» вещей типа этой кучи шедевров Экстер, заполонивших рынок в последние пару-тройку лет, но ведь еще существуют и эскизы, этюды, графика, и среди этой «мелочевки» иногда удается найти настоящие жемчужины.

Розенфельд подтверждает опасения такого рода. Хороший провенанс, – говорит она, – означает, что может быть прослежена связь произведения с художником или семьей художника. Работа была «опубликована в старом каталоге, новые не слишком достоверны, и есть документальное свидетельство, к примеру, фотография художника на фоне этой работы. И сочетание всех этих свидетельств, будь то семейная, ранняя документация или выставки при жизни художника имеет большое значение. Это сильное документальное свидетельство о том, что работа существовала при жизни художника».
Известный историк искусства в Киеве Дмитрий Горбачев, занимающийся экспертизой в области украинского и русского модернизма, создал web-сайт, на котором публикует свои заключения по атрибуции (www.keytoart.org.ua). В 2006 году он организовал выставку под названием «Перекрестки: модернизм в Украине, 1910-1930» в Культурном центре Чикаго и в Украинском музее в Нью-Йорке.
Среди работ, атрибутированных Горбачевым как подлинные, «Супрематическая композиция», приписываемая Казимиру Малевичу. Работа экспонировалась на выставке «Перекрестки». Она никогда не репродуцировалась во время жизни художника, и не сопровождается документальными свидетельствами. Согласно техническому анализу работа была написана маслом и темперой. Эксперты по Малевичу утверждают, что не знают ни одного случая использования темперы Малевичем в супрематической живописи (он использовал ее для фресковой живописи). Но фотография этой работы опубликована на web-сайте Горбачева в категории «атрибутированные произведения искусства» с комментарием «я подтверждаю, что эта работа, написанная уверенно и мастерски, является настоящим произведением Малевича».
Большое количество неизвестных работ Экстер с неясным происхождением появилось на арт-рынке за последние несколько лет. Многие были с сертификатом Шовлена или Георгия Коваленко из государственного института истории искусствознания в Москве.
См. ветку «Русская неделя в Лондоне», на пятой странице сообщение №48.В апреле 2007 Коваленко и Горбачев принимали участие в конференции «Украинский модернизм в контексте, 1910-1930», организованной Украинским научно-исследовательским институтом при Гарвардском университете. Они вступили в горячий спор по поводу одной картины Экстер, которая экспонировалась на выставке «Перекрестки» и согласно каталогу происходит из частной коллекции в Кировограде (Украина). Коваленко сказал аудитории, что никогда не видел эту работу ранее. После чего Горбачев утверждал, что Коваленко говорил ему, что ездил в Амстердам посмотреть на эту работу и выдал сертификат подлинности до ее продажи частному коллекционеру в Украине. Коваленко изменил свое мнение и заметил, что видел эту работу в репродукции.
Московский историк искусства Светлана Джафарова, которая атрибутировала много работ авангарда, была недавно обвинена Авеном в московской газете Коммерсант в намеренной атрибуции подделки. Авен рассказал ARTnews, что в начале 90-х он приобрел натюрморт Альтмана с сертификатом Джафаровой. Работа экспонировалась в 1995-96 на выставке «Берлин-Москва / Москва-Берлин 1900-1950». Однако когда он собирался опубликовать каталог своей коллекции, Авен сказал, что решил подвергнуть анализу все свои работы. Лабораторные исследования показали, что натюрморт, атрибутированный как натюрморт Альтмана, был написан в 90-ые.
«Когда Джафарова предложила мне эту работу, она сказала, что знает из какой коллекции данная работа, но она настаивала на том, что не может раскрыть информацию», – рассказал Авен ARTnews.
«Это ложь!» – ответила Джафарова. Она сказала, что не продавала ничего Авену. «Я работала с Авеном во время выставки Москва-Берлин в 1995-96. В то время он выставлял натюрморт Натана Альтмана, который приобрел. К тому же я могу вас заверить, что натюрморт подлинный», – сказала она.

Джафарова хорошо начинала: она написала книгу о Лентулове, и считалась специалистом №1 в мире по этому автору. В конце 90-х в Россию хлынул поток крупных, ранее не известных масел Лентулова с положительной экспертизой Джафаровой. С тех пор в среде коллекционеров к ней понятное отношение.

Авен и другие осуждают то, что многие российские эксперты вовлечены в продажи работ, которые они атрибутируют. Шацких назвала ситуацию «трагической». «К сожалению, – сказала она, – историки искусства не только оказались не способными бороться с создателями фальшивок, но и стали их сообщниками». Она пояснила, что описывала ситуацию в целом, ни на кого конкретно не показывая пальцем.
Шовлен сказал: «Коваленко, мой московский коллега, также являясь экспертом по Экстер, запрашивает пять тысяч евро за сертификат. Это его право. Но если вы не хотите платить пять тысяч евро, у вас нет шансов, что работа будет признана подлинной». Коваленко отказался беседовать с ARTnews. Шовлен и Коваленко вдвоем готовят каталог-резоне Экстер.
http://forum.artinvestment.ru/showthread.php?t=3355
В 2007 году была сформирована новая организация экспертов для подтверждения подлинности работ русского авангарда. Названная Международной палатой русского модернизма (International Chamber of Russian Modernism, or InCoRM, www.incorm.eu) и основанная в Париже, группа состоит из более дюжины экспертов из западной Европы и России, в числе которых Шовлен, Джафарова, Коваленко, французский искусствовед Надя Филатова (Nadia Filatoff) и немецкий искусствовед Ариана М. Хофштеттер (Ariane M. Hofstetter). Президентом организации избран британский историк искусства Патрисия Рейлинг (Patricia Railing). Парижский резидент Жак Сайаг (Jacques Sayag) был членом группы, но оставил пост после интервью с ARTnews.
ARTnews взял интервью у Шовлена в его заполненной произведениями искусства квартире в Париже недалеко от Оперы. При встрече он осведомился, известно ли интервьюеру, что он известен среди своих коллег как «меткий глаз». Бывший балетный танцор, который обучался у русских учителей, Шовлен стал арт-дилером и экспертом широкого профиля по искусству русского авангарда. «Я надеюсь, что новая организация сможет изменить обстановку, – сказал он, – потому что обстановка уже стала невыносимой».

Я познакомился с Шовленом лет 10 назад, мне его порекомендовали как крупного арт-дилера русского авангарда, тогда у него еще не было сегодняшней репутации. Он угостил меня в маленьком ресторанчике вкуснейшим буйабесом и замечательным вином, а затем повел, разомлевшего, в свою квартиру. От развешенных на стенах сокровищ у меня в зобу дыханье сперло, до сих пор удивляюсь, как у меня хватило ума не начать хватать все подряд. Видимо, остановило то, что увидел театральный костюм Поповой, точно такой, как видел два часа назад в галерее Злотовского. Кстати, вскоре выяснилось, что у них это производство было поставлено на конвейер.
Бывший генеральный секретарь организации Сайаг сообщил, что «это группа экспертов, которые встретились и решили работать вместе, потому что до создания InCoRM каждый работал в своем углу, и у нас было много противоречивой информации». Sayag назвал рынок русского искусства загрязненным. «Сегодня, когда вы разговариваете о русском авангарде с коллекционерами или даже просто с любителями искусства, создается впечатление, будто вы предлагаете им кокаин».
«Конечно, эксперты получат деньги за свою работу, – сказал Сайаг об организации InCoRM. «Если у вас есть картина, вам нужно стать членом организации и только после этого вы можете показать свою работу экспертам. Мы говорим об экспертизе, а не об установлении подлинности. Эксперты InCoRM выскажут мнение, положительное или отрицательное, только в том случае, если четыре эксперта соглашаются. Решение выносится в письменное форме».
Этот метод коллективной экспертизы был продемонстрирован на торгах аукционного дома Nagel 26 апреля 2007, где были работы из коллекции Ciancio Villardita. По словам Сайага сотрудники Nagel «узнали, что мы организовали InCoRM, и им нужны были имена экспертов». Большинство лотов были рассмотрены и атрибутированы членами InCoRM как коллективно, так и в индивидуальном порядке. Из 55 предложенных лотов 14 получили подтверждение Шовлена, Филатовой, Хофштеттер и Сайага. Художники Альтман, Иван Билибин, Илья Чашник и Удальцова представляли широкий диапазон стилей и школ.
Хофштеттер, отвечающая за связь в InCoRM, работает для аукционного дома Nagel и некоторых немецких художественных галерей. В электронном письме она охарактеризовала свою работу как «историко-искусствоведческие консультации». Она получила степень магистра искусств по истории искусства, написав диссертацию по французским средневековым рукописям, но, написала она, «занималась несколько лет русским авангардом» и в настоящее время работает над докторской диссертацией по Ивану Пуни в Берлинском университете им. Гумбольдта.
Хофштеттер объяснила в электронном письме, что она, Филатова и Сайаг исследовали много работ для торгов Nagel 26 апреля. «Как команда мы тщательно изучили те работы и позднее составили детальные искусствоведческие отчеты, состоящие из: 1. Исследований материала и техники посредством визуального описательного метода. 2. Стилистического анализа сравнительным методом. 3. Историко-искусствоведческая классификация. 4. Заключение». Хофштеттер хотела подчеркнуть, что «те отчеты не имеют ничего общего с так называемыми фото-экспертизами, в смысле оценки произведений искусства по фотографии». Также она добавила, что они не были заинтересованы, да и не могли повлиять на: «то, что отчеты, сделанные для аукционного дома Nagel, были заявлены в каталоге аукциона как фото-экспертизы».
Бывший букинист Сайаг неоднократно заявлял, что он не эксперт по искусству и не может отличить фальшивку от оригинала. Он сказал, что он никогда не выдавал сертификаты аукционному дому Nagel. «Они показывали мне фотографии и говорили “вот сертификаты людей, которые уже видели эти работы. Что вы думаете по поводу живописи?” Я написал, что, если эта работа приписывается Поповой, то я не думаю, что это не Попова. Не я подтверждаю подлинность», – сказал Сайаг.
Представитель аукционного дома Nagel Beate Kocher-Benzing заявила, что «у нас нет никаких контактов с г-ном Сайагом». «Его имя могло попасть в каталог через экспертизу, предоставленную грузоотправителем», – добавила она. Но сертификаты, написанные и подписанные Сайагом для Nagel, которые были получены ARTnews, действительно свидетельствуют о подлинности особых художественных работ; единственное только, что нет подтверждения других людей о подлинности произведения.
Одним из предложений на торгах была Пространственная конструкция, приписываемая Поповой Шовленом. Эта работа очень похожа на известную картину в Третьяковской галерее Конструкция с белым полумесяцем, за исключением того, что формы в картине Nagel, кажется, расположены вверх тормашками и второй полумесяц появляется внизу композиции. Картина из Третьяковки была ошибочно напечатана вверх тормашками в каталоге для выставки Поповой в Москве в 1990 году. Работа Nagel не продалась.
На торгах Nagel также были три акварели, приписываемые архитектору Якову Черникову и происходящие из коллекции семьи Игоря Борисовича в Санкт-Петербурге (лоты 640-642). Ни на одну из них не было резерва. Все были атрибутированы Шовленом. Но Андрей Черников, внук архитектора, знаток его работ и признанный авторитет решительно отверг все три работы. «Они не имеют ничего общего с Яковом Черниковым», – заявил он.
Эксперт, который пожелал остаться неназванным, отметил, что невероятно большое количество до настоящего времени неизвестных работ, появившихся на торгах были очень похожи на известные работы. Портрет фотографа Мирона Шерлинга (Miron Sherling), приписываемый Юрию Анненкову Шовленом, Сайагом и Хофштеттер (лот 605), является «вариантом» известной работы в Русском музее в Санкт-Петербурге, согласно каталогу, в котором иллюстрируются эти две работы. Работа была продана за €200 000 ($272 000). Другие работы также имеют «близнецов», но в каталоге они не указываются. Две работы, приписываемые Шовленом Альтману Натюрморт (лот 609) и Логан, революционер (лот 610) также очень похожи на картины из Русского музея. Они были проданы за €150 000 ($204 000) и €80 000 ($108 000) соответственно. Одна из картин из коллекции Villardita Натюрморт на круглом столике (лот 635), приписываемый Удальцовой четырьмя экспертами поразительно похож на работу художника Голубой кувшин (1915) в Третьяковской галерее. Он достиг €110 000 ($149 000). Натюрморт с омаром (лот 646), приписываемый Ларионову Шовленом и Антонии Партон (Anthony Parton) выглядит почти как Натюрморт с речным раком Ларионова (прибл. 1910-12), который находится в Музее Людвига в Кельне. Он был продан за €150 000 ($204 000).

Продолжение следует



qwerty вне форума   Ответить с цитированием
Эти 17 пользователя(ей) сказали Спасибо qwerty за это полезное сообщение:
Allena (10.12.2009), dedulya37 (10.07.2009), gans (10.07.2009), Glasha (10.07.2009), Grigory (10.07.2009), Jasmin (10.07.2009), LCR (10.07.2009), Samvel (10.07.2009), SergeiSK (10.07.2009), sergejnowo (10.07.2009), vadim (10.07.2009), Евгений (10.07.2009), Кирилл Сызранский (10.07.2009), Маруся (27.10.2009), Мимопроходил (13.07.2009), олег назаров (10.07.2009), Сима (11.07.2009)