[sss]

Вот, вспомнил несколько историй о Вагане:

***
Он был чувствителен к слову.
Экзальтированным девушкам представлялся так:
– О, у менья очен эротычное название – ВЛаган Ананян!
*
В гастрономе подошли к кассе.
Кассир – молодая эстонка, пробивая товар, вслух перечисляла содержимое корзины:
– …, ..., …, какс пиим (два молока).
Услышав эту фразу, Ваган оживился и, удивленный такой фамильярностью, ответил:
– Нормално спим.
*
Фраза оказалась полезной. Я ею воспользовался чуть позже.
В очередной раз, приехав в Таллинн рано утром, бродил по старому городу, наблюдая его пробуждение. Дворники шаркали метлами, грузчики разгружали хлеб, с соседней улицы тянуло запахом свежей рыбы. За моей спиной звякнул колокольчик, и из распахнутой двери выглянула продавщица кондитерской лавки. Она что-то приветливо произнесла по-эстонски. Я понял – меня приглашают в магазин, полагая, что я ожидаю его открытия. Продавщица продолжала что-то лепетать, я учтиво улыбался и, воспользовавшись волшебной фразой, купил две маленькие шоколадки. Выйдя на улицу, столкнулся нос к носу с Ваганом. Он возвращался домой с ночного гулянья.
– Слющай, как ти это купиль, э?
– «Какс шоколатте», – ответил я.
– А паспорт?
– Что, паспорт?
– Ти щто, ничего не знаещь? Ми тут с голяду умираем, э!
Я не знал, что Эстония ввела перестроечные ограничения на продажу продуктов питания – только по документам, подтверждающим республиканскую прописку.
– А почему толко два щтуки? – спросил Ваган, потроша шоколадку.
– Я не знаю как по-эстонски будет «сто».
– Какс щакаляты… Какс щакаляты… – подучил он и вошёл в магазин.
– Тэрэ, – поздоровалась продавщица.
Ваган кивнул, как настоящий эстонец. Он подошел к прилавку и стал внимательно изучать товар. Наконец, определившись с выбором, произнес:
– Какс щакаляты.
Продавщица, до этого наблюдавшая нас сквозь витрину магазина, ухмыльнулась и протянула ему две шоколадки.
– М-м-му, – поблагодарил её Ваган воздушным поцелуем и добавил:
– И ещё раз, какс щакаляты.