[Кирилл Сызранский]

Репутация — вещь хрупкая, особенно в культурной сфере. В феврале этого года Зельфира Трегулова въехала на белом коне в Третьяковскую галерею под аплодисменты экспертов, отмечающих ее управленческие таланты, современные взгляды и способность наладить международные связи. Выставка "Романтический реализм" заставляет пересмотреть сложившуюся точку зрения на эффективность этого менеджера. Выясняется, что эффективность госпожи Трегуловой простирается настолько широко, что заканчивается где-то за гранью добра и зла. Удивительно уже то, что ее первым кураторским проектом в статусе директора Третьяковской галереи стала выставка-аппендикс, приделанная к свежему историческому блокбастеру от Патриаршего совета по культуре из серии "Русь православная". Но этот факт можно хотя бы объяснить близким знакомством госпожи Трегуловой с советским материалом, который она осваивала на предыдущем месте работы — в РОСИЗО. А вот содержание, концепцию и общий смысл "Романтического реализма" нельзя, к сожалению, объяснить ничем, кроме этической и эстетической слепоты. Или аппаратной изворотливости и цинизма. Возможно, это сложное сочетание всех четырех факторов, и каждый из них имеет смысл изучить по отдельности.

Читать дальше... 

Начнем, пожалуй, с вопросов эстетики. У выставки помимо госпожи Трегуловой есть еще два автора — главный художник "Первого канала" Дмитрий Ликин и театральный деятель Эдуард Бояков. В поминальнике господин Бояков заявлен в качестве "режиссера" экспозиции. Не совсем ясно, значит ли это, что госпожа Трегулова, музейщик с громадным опытом, не может сама развесить 80 единиц хранения. В любом случае режиссер выставки из господина Боякова плохой. Иначе бы он не стал вешать изобилующее мельчайшими деталями полотно Исаака Бродского "II конгресс Коминтерна" сразу на входе, в качестве заглавной работы. Это, впрочем, мелочи по сравнению с тем, под каким соусом нам пытаются продать соцреализм, продукт репрессивной сталинской эпохи. Хорошо известно, что показать советскую пропагандистскую живопись как искусство с большой буквы — это одна из главных идей госпожи Трегуловой. Чтобы добиться этой цели, она готова на ряд подмен, не основанных ни на каких разумных аргументах. Сначала смягчаем терминологию и ставим романтику вместо социализма. Потом смешиваем несколько направлений под общей шапкой и показываем европейского уровня художников из Общества станковистов, от Самуила Адливанкина до Петра Вильямса и вездесущего Дейнеки, вместе с зубрами тоталитарной картины типа Василия Яковлева и Григория Шегаля, которые писали ровно то, что требовалось внутри- и внешнеполитической повесткой. Следующий шаг — порассуждать об "образах рая", будто бы сконструированных сталинскими художниками: невероятная пошлость, если не сопровождать ее четким и глубоким анализом обещающих счастье идеологем. Наконец, осыпать зрителя ворохом блестящих ассоциаций и параллелей, например, найти в картине того же Бродского "У гроба вождя" (1925) сходство с экзотическими пейзажами Таможенника Руссо. Глядя на эти трюки, хочется спросить: "Послушайте, ну кого вы хотите обмануть?" Бродский, безусловно, был художником тонким и знающим, но не настолько, чтобы цитировать ненавистных ему модернистов. В общем, с искусствоведческой точки зрения "Романтический реализм" опрокидывает наше осмысление соцреализма на 30 лет назад, когда между ОСТом и Студией Грекова, скажем, еще не делали различий.

Теперь об этике. Выставка "Романтический реализм" работает в те же сроки, что и "Русь православная". Суть последней довольно трогательная: в утомительной бездне мультимедийных инсталляций зрителям предлагается простая идея, что Россией управляет непосредственно Бог, а все реальные деятели, которые хоть сколько-нибудь похожи на него статью, для страны безусловное добро. На одном из экранов вокруг портрета Сталина (не совсем Господь, но в принципе близко) высвечиваются цитаты с оценками его роли в истории. Дольше всего, кажется, бесконечно долго, на экране висит Шолохов: "Да, был культ... Но была и личность!" В "Романтическом реализме" сталинская тема раскрыта с небывалой полнотой: он появляется сразу на многих полотнах, и смотреть на эти работы мы вроде как должны с незаинтересованно-эстетической точки зрения. Так вот, у этих работ низкое качество, они сделаны на заказ, по поводу, их авторы получили все мыслимые для художника земные блага и принадлежали к элите, до которой подавляющему большинству граждан СССР было не дотянуться. Мало того что на "Романтическом реализме" чистят Сталина, так еще и заставляют ценить мелких князьков соцреализма, не примечательных ничем, кроме умения делать то, что прикажут. Был, мол, культ, но были и талантливые личности!

В заключение скажем несколько слов об изворотливости и цинизме. Встречающий зрителя текст к выставке отчаянно пытается быть одной крови с образованной публикой. Тут упоминается авангард — в качестве крупнейшего явления советской эпохи, говорится о том, что соцреализм — это пропаганда, обращавшаяся к "простецам" (так в тексте!). Но — можно же смотреть на это искусство как на искусство с большой буквы, можно искать "талант" и "остроумие" в сплетении тоталитарных тел. Нет, нельзя. Если вы славите советскую монументалку, будьте последовательны, оставьте совесть за порогом и целиком погружайтесь в наслаждение специфическими способами контроля толп с помощью образов. Коготок-то увяз. Отступать-то некуда — за вами "Русь православная". И вам же бюджет дан невероятный, таких стен Манеж не видывал. Возможно, авторы скажут: мы же профессионалы, вот у нас такой государственный заказ, мы сделали все, что могли. Мы же взрослые люди, все понимаем. Министерство культуры и так далее. Да, "мы взрослые люди" — давайте повторять эту фразу, пока не отсохнет язык, и жить станет лучше, жить станет веселее.

ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ