[Кирилл Сызранский]

Недавно в Киево-Могилянской бизнес-школе прошла встреча с художником Александром Ройтбурдом. Platfor.ma публикует его высказывания о том, почему иногда на выставках кажется, что современное искусство – это фигня, об эстетическом месседже СССР и том, как дела у украинского арт-рынка.

Для кого-то и сегодня та самая фиксация, от которой нас освободил фотоаппарат, является не повинностью, а осознанным выбором. Вот, например, вполне современный художник Люсьен Фрейд всю жизнь писал с натуры, причем людей не очень привлекательных, иногда просто отвратительных. В его манере есть такая выхолощенная академичность, материальность с элементами брутальности, и даже когда он прибегает к экспрессионистской деформации, то все равно жестко выдерживает школьные каноны. В рамках этого профессионал может разглядеть у него супервиртуозные ходы, которые прячутся за этой брутальностью. Фиксация им не отброшена, просто он в ней находит новые интересные нюансы. Для Фрейда важно при столкновении с портретируемым докопаться до того же, до чего пытался докопаться его дедушка-психоаналитик, только не облекая это в слова.

Очень ироничный московский критик Андрей Ковалев когда-то сказал: в Нью-Йорке миллионеры ходят на вернисажи, чтобы познакомиться с художниками. А в Москве художники ходят на вернисажи, чтобы познакомиться с миллионерами. И если художникам продавать билеты по $100, они будут их покупать. Это следствие общей деградации постсоветского пространства, которое Украину затронуло, может быть, даже в большей степени.

В отличие от России, у нас меньше дистанция между человеком с улицы и человеком, причисляющим себя к элите. У простого человека в Украине есть критическое отношение к действительности и чувство собственного достоинства – он может выйти на Майдан и свергнуть Януковича. А в России это, как правило, человек много пьющий и верящий тому, что рассказывает телевизор. В то же время элита украинская гораздо попроще будет, чем российская. Я имею в виду и политическую, и бизнесовую, и даже культурную элиту.