Цитата:
Сообщение от John Preston
Это когда и кто их проверял, хотелось бы узнать подробности, если можно...
|
Арт-дилер Хильдебранд Гурлитт (1895–1956) с одной стороны, принадлежил к элите интеллигенции Германии. Его дед Элоиз Гурлитт был известным немецким пейзажистом - романтического толка, писал горы, реки, водопады. Отец был крупным архитектором, историком искусства. Среди его родственников был очень крупный композитор, историк музыки. Словом, эта семья дала целую плеяду выдающихся людей в конце XIX-начала ХХ века. С другой стороны, бабушка Хильдебрандта Гурлитта со стороны отца была еврейкой. А это означает, что он оказывался под Дамокловым мечом. Когда были приняты Нюрнбергские законы и началось преследование евреев, дружба с еврейскими художниками и даже покупка работ у них могла расцениваться как свидетельство против человека.
Наконец, Хиндельбранд Гурлитт был знатоком, исследователем и страстным поклонником искусства экспрессионизма и модернизма. Он дружил с Оскаром Кокошкой и Максом Бекманом, он устраивал выставки экспрессионистов даже во времена нацистов. В 1930-м году он потерял работу директора музея в Цвикау из-за своих левых убеждений. Он стал директором кунстхалле в Гамбурге, но в 1933 году его уволили и оттуда. В глазах многих он был подозрительной личностью - с еврейскими корнями, левыми убеждениями и симпатиями к художникам, произведения которых в 1937 году причислят к "дегенеративному искусству" и будут выбрасывать из музеев. Порядка 20 тысяч произведений модернистского искусства было "вычищено" из музейных собраний Германии, где были, кстати, едва ли не лучшие собрания искусства начала ХХ века.
Гурлитт имел дело с произведениями искусства, которые государство само изъяло из музеев и продало через него. Или - ему. Государство же было собственником этих произведений. Был закон, оговаривавший конфискацию произведений так называемого дегенеративного искусства". После Второй мировой войны страны-победительницы решили не дезавуировать задним числом этот закон, чтобы не взрывать международный арт-рынок. Дело в том, что нацисты, остро нуждавшиеся в валюте, "дегенеративное искусство", к счастью, большей частью не уничтожали, а продавали. В частности, в той же Швейцарии - самая крупная продажа была в Люцерне, когда ушли с молотка картины Шагала, Ван Гога. Эти картины Германия никогда не требовала обратно.
Поэтому, тот факт, что Хильдебранд Гурлитт в 1940 году за 4000 швейцарских франков выкупил у министерства пропаганды нацистской Германии 200 таких работ, а в 1941 году - еще 115 работ, никак не может быть поставлен ему в вину. Как, например, Россия не может уже потребовать обратно у американских музеев картины Ван Эйка и Рафаэля, проданные в сталинские времена из Эрмитажа.
Хильдебранд Гурлитт был одним из четырех арт-дилеров, через которых шли продажи модернистского искусства, конфискованного из немецких музеев. Словом, добывал деньги для III Рейха. А когда Гитлер поручил Гансу Поссе, директору Дрезденской галереи, формирование коллекции для своего "супермузея", который должен был появиться в Линце, Поссе в 1938 году привлек Гурлитта в этот проект. Возможно, сыграли роль и семейные связи. Его кузен был в Дрездене очень крупным торговцем искусством. Во всяком случае Хильдебранда Гурлитта привлекают как арт-дилера для работы на этом проекте. Он ездил, например, в Париж, чтобы там покупать произведения для музея в Линце. Есть счет на 3 млн. рейхсмарок за работы, купленные им в 1944. Он получил 5 проц. комиссионных.
Известен случай, когда в 1943 году он приехал к Максу Бекману, жившему тогда в Голландии, купил несколько работ за серьезные деньги, чтобы поддержать художника. Показательно, что его знакомые художники не отвернулись от него после войны. Ему давали работы на выставки, когда в 1947 он стал директором кунстхалле в Дюссельдорфе. Он сумел сделать эти выставки суперхитами. Ему жал руку Томас Манн, он был уважаемым человеком.
Наконец, когда у американцев во время войны оказалась больше 125 произведений из коллекции Гурлитта, они ему вернули их после проверки.
Это всё и ещё более есть в интернете.
На фотографии из Der Spiegel сам 80-летний Корнелиус Гурлитт: