«Посмотрел на мордочку Милонова – смешная такая мордочка, будем работать»
– Вы действительно подали документы для получения политического убежища во Франции?
– Да. Я сейчас нахожусь в Париже, зашел в супермаркет, куплю каких-нибудь продуктов. Вчера я ходил в префектуру, где меня приняли и выслушали просьбу получить l'asile politique – политическое убежище. Других вариантов у меня просто не было. Сейчас у меня в общем-то все нормально, люди звонят, помогают. Моя главная проблема – это семья. У меня жена в России, двухлетний ребенок. Я собираюсь их перевозить, сейчас пытаюсь понять, как это сделать.
– А вы не догадывались, что написание картин с Путиным, Медведевым и депутатом Милоновым может привести вас к бегству из России?
– Если бы мне четыре дня назад сказали, что скоро окажусь в эмиграции в Париже, то в ответ я бы просто посмеялся. Я бывал тут на выставках, но мне и присниться не могло, что я здесь окажусь из-за того, что в галерею с моими работами придет депутат и разгонит выставку, приговаривая слово «экстремизм». Раньше я о таком не слышал, но заглянул в Уголовный кодекс и посмотрел, что это очень тяжелая статья. Затем стали задерживать людей в галерее, картины изъяли, полицейские отправились ко мне домой, – поэтому ничего больше не оставалось, кроме как бронировать в интернете билеты и улетать из страны.
– Как вышло, что вы так стремительно попали в Европу, у вас была открытая виза?
– В прошлом году принимал участие в интернациональной выставке, мне тогда дали годовую визу – она еще будет действительна до октября. Мне просто повезло, что она была, это совершенно случайное совпадение. Если бы ее не было или она была рассчитана на более короткий срок, то, полагаю, я бы не с вами говорил, а беседовал с кем-то в СИЗО. Для меня это все было как снежный ком.
– Тем не менее вы понимали, какие могут быть последствия, когда рисовали картину «Травести» с Путиным и Медведевым?
– Эта картина, кстати, никакая не «Травести». Ее сейчас так назвали организаторы выставки. Сама она была написана еще два года назад – когда эти двое начали меняться друг с другом местами: премьер стал президентом и наоборот. Когда эта чепуха происходила, я написал картину по мотивам тех событий – она где-то размещалась, где-то ее не брали, но в основном она валялась без дела. Лежала, никому не была нужна, никто из-за нее заявления в полицию не писал.
Полностью интервью с Константином Алтуниным читайте здесь.