[Кирилл Сызранский]

Моя гуманитарная мама (сходите по ссылке, там много всяко-разного - КС) — большой знаток поэзии и ценитель старой архитектуры Москвы — отправилась прогуляться по Рождественскому бульвару и испытала культурный шок. Ее рассказ веял такой жутью, что я тут же отправился туда сам и сфотографировал этот хтонический ужас. Муниципальные старатели украсили город ко Дню Победы: по всему Рождественскому бульвару установлена инсталляция — книги со стихами о войне. Каждая книга представляет собой распахнутый томик известного поэта из трех листов, считая обложку: стихи напечатаны на внутренних сторонах обложки и на листе, который вставлен посередине.

На первой фотке текст плохо различим, и слава богу. Потому что знаменитый поэт-фронтовик Павел Шубин, кавалер боевых орденов, издалека встречает пешеходов строчками о себе в женском роде и откровением, что у него есть друзья и «любимый». Столь неожиданный камин-аут объясняется просто: бригада кретинов, монтировавших инсталляцию, хоть и знала, где у русского алфавита верх и низ, но стихи им казались чем-то вроде узорчатых ковров, которые можно вешать на стену в любом порядке. Поэтому Павлу Шубину в качестве вставного листа досталось окончание поэмы «Зинка» из книги Юлии Друниной. А две поэмы Павла Шубина «В эту полночь» и «Маленькие руки» остались, соответственно, без листа с окончанием и началом. Но не волнуйтесь, пропавший лист мы найдем позже, двигаясь от Трубной площади вглубь по бульвару.

Вот Борис Пастернак получил в свою книжку листок со стихами «Пейзаж» («Полей предвечерняя небыль...») и «Затишье» поэта Иосифа Уткина. А заодно и аватарку самого Уткина: