На розовом коне...
"Словно я весенней гулкой ранью
Проскакал на розовом коне..."
- всем понятно, что конь в этом стихотворении певца русской деревни Есенина - не розовый. Он белый, а розовым его делает утренняя заря. И мы видим этот пронизывающий розовый цвет у Шибанова - солнечный свет буквально затопляет зрителя. Картины наполнены светом. Они светятся изнутри, и кажется, что их можно вешать в темноватом помещении в качестве дополнительного источника света.
Художник чудесным образом соединяет протокольную точность с ощущением нереальности, мы смотрим на мир через его картины, словно прищурив глаза навстречу яркому солнцу...
В то же время в картинах много холодных тонов - синий, фиолетовый, серо-стальной. Что в сочетании с теплыми розовым и зеленым - создает весьма отчетливое чувство смешения тепла и острой свежей прохлады, которая так характерна для среднерусского летнего утра.
Удивительно это - некоторые картины словно нарисованы ТОЛЬКО цветом, без линии вообще. Но кто видел эти зимние туманы и игру света в воздухе, полном морозной пыли, тот поймет, узнАет и воскликнет - да как же я раньше-то не видел этого! Даже не опасаясь, что ему напомнят про знаменитые мосты на Темзе в лиловом тумане, которые человечество увидело только после того, как им указал Художник!
Размашистая манера письма Шибанова, лишь слегка обозначая образы и формы, создает в сознании зрителя то ощущение пьянящего лета, то суровой колючей метелицы, то раннего утра - то тревожных предвечерних сумерек...
Дорогие мои старики
Портреты заслуживают отдельного исследования, но в кратком обзоре можно сказать, что главное в них - любовь.
Замечательные бабули с коромыслом, задумчивый дедок с котом - это не условные персонажи а-ля "рюсски казачок", а совершенно живые люди. И даже довольно сатирические мужички, заснувшие "с устатку и не евши" где попало - художник не судит их и не выносит приговоров, он говорит нам: вот они такие разные, мои люди, но они мои, наши. И все они - интересны, и каждый - это целый мир...
"Необщее" выражение, остро индивидуальное локализовано именно в рисунках людей. Пейзажи у него законченно прекрасны, люди - повод для любовной иронии или сожаления, но без осуждения. Его картина "День победы" трогает почти до слез даже самого несентиментального зрителя - милые, смешные и такие родные старички, у них тоже знакомые большие натруженные руки, и немного смущенные праздничные лица. «А помнишь, старая, - хорохорится старичок - как тебе сам главный благодарность выносил? Да, было дело. Да мы и теперь еще хоть куда!» - «Ой, да ладно тебе, хвастун старый»…
Художник трепетно пишет своих персонажей и нисколько не стесняется этого, и это не шаблон, не плакатность - это любовь.
Лица необщим выраженьем
Что вы мне говорите - "Ван Гог, Ван Гог". Можно подумать. Даже и совершенно непохоже. У Ван Гога мазки крупные, жирные, выпуклые, а у Шибанова - словно иглой процарапанные, или зимним колючим ветром. Или морозом - по стеклу. И цвета не такие - у Ван Гога без тревожно-желтого никуда, а тут желтого и вовсе почти что нету, а все синий, фиолетовый и розовый по зеленому да зеленый по розовому.
Что? Матисс? Ну не без того. Но опять же - плоский ваш Матисс, хоть и гений, а тут такие объемы, такая глубина, а главное - такой ветер! Вот скажите честно: есть ветер у Матисса? Нету у него ветра. А тепло такое, почти физически ощутимое - разве что у Сарьяна. Вот у Сарьяна - тепло, даже жара. А у Шибанова, конечно, где тепло, а где и морозно. Так оно ж и логично - где Сарьян, а где Шибанов. Хотите внести в свой апартамент горячее тепло армянских нагретых на солнце камней - покупайте Сарьяна. А хотите неуловимое российское тепло неверного нашего лета, хотите ключевую холодную свежесть летнего утра, хотите колючую пушистость зимы российской - берите Шибанова, не ошибетесь.
Одушевленные пейзажи - иначе и не скажешь... И кисть художника так же узнаваема, как и кисти знаменитых классиков.
А мы смотреть будем... И радоваться.