[I-V]

Сообщение от I-V

Лев Жегин:

Я, кажется, рассказывал Вам, что вероятно в 14 году спрашивал В. Чекрыгина,

Кирилл Сызранский

В. Н. Чекрыгину в 1914 г. было 17 лет.

Чекрыгин - гений. Как Пушкин, Лермонтов, Маяковский ( о последнем, в частности, ниже ):

В 12 лет Чекрыгин самостоятельно поступил в иконописную школу при Киево-Печерской Лавре. А в 13 лет он, почувствовав, что ему в рамках такого образования тесно и душно, решительно бросил обучение и пешком пришел в Москву. В Москве его талант был оценен, и подростка приняли в Академию Живописи, Ваяния и Зодчества в класс Константина Коровина. Он был моложе своих соучеников на полдюжины лет. Теперь таких детей называют вундеркиндами. Но тогда не существовало этого понятия, и Васю Чекрыгина преподаватели и товарищи величали «сверхребенком», что звучит на наш сегодняшний слух не менее точно. Говорил о себе: «Я не гений, но гениален».

«...Тоненький хрупкий мальчик с живыми карими глазами, – вспоминал его ближайший друг и
однокурсник Лев Федорович Жегин. – Белокурые волосы, небрежно подстриженные, скрывали высокий, чистый лоб. Первая из его работ, которую я увидел? Рисунок гипсового торса. Пораженный рисунком, совершенно не похожим на сотни старательно выполненных ученических "штудий", я познакомился с юным художником... Он был любимцем всего училища... В Московской Академии он очень быстро стал не только равным среди равных, но и имел определенный авторитет. А учились с ним вместе ребята далеко не серые и робкие. Такие, например, как скандальный футурист Бурлюк. Или того лучше – Вова Маяковский. С последним они и дружили, и одновременно постоянно пикировались в полемических баталиях. Чекрыгин считал художественные способности будущего знаменитого поэта крайне невысокими и не раз прямо ему говорил об этом. «Тебе, Володька, дуги гнуть в Тамбовской губернии, а не картины писать». А Володька-то за словами по карманам не лазил, он хватал первый попавшийся чекрыгинский эскиз, рассматривал его, как нечто совсем никудышнее, и тыкал пальцем, говоря: «Ну вот, Вася опять ангела нарисовал! Дались тебе эти крыластые выдумки – ты бы взял да нарисовал муху. Она настоящая».

Но рисовать муху вместо ангела Чекрыгин решительно отказывался.

Чекрыгин с шестнадцати лет начинает мечтать о монументальной церковной живописи. И практически все его художественные работы – это лишь эскизы и заготовки к будущим настенным росписям. В 1914-м году он вместе Жегиным путешествовал по Западной Европе. А потом почти сразу стал участником Первой мировой войны, ужасы которой его уже не оставят никогда.
«Возможно, у меня слабая психика. Конечно, нужно быть быком, чтобы не приключилось «неспокойствия». Мы отупели, вести о смерти близких, друзей выслушиваем спокойно и жалеем внешне… Внутри как будто давно все живое заглушено, убито, и плачут внешне, а назавтра та же беготня за продовольствием».

В возрасте двадцати пяти лет погиб под колёсами поезда.

Чекрыгин, хоть и не допел, но сказал в искусстве несколько фраз – самых главных, без вступления. И интерес к его личности сегодня заметно возрастает.

http://www.persons-journal.com/index...id=119&pid=110