мне не так давно приходилось ввозить в режиме временного ввоза картину Коровина для экспертизы. Никто из экспертов не хотел писать слова "Коровин". Все писали картина неизвестного художника, в углу подпись "..."
Исходя из этой практики, певзнер конечно мог задекларировать картину, как Брюллова, но эксперт никогда не пошел бы на это.
На деле же произошло вот что ( с высокой степенью вероятности
). Певзнер купил картину не у частного лица, а у церковной общины, которой картина принадлежала. Картина была давно известна - в частности она прямо описана в монографии о Брюллове 60-х г.г. с указанием местонахождения. Он заплатил за нее большую цену и - вот тут внимание - договорился о продаже ее в ГРМ. В Бельгии же он оформил все документы так, чтобы получить обратно налоги, т.е. чтобы предмет был tax-free. При нынешних средствах коммуникации, очевидно, операция с вывозом через бельгийскую таможню стала известно в России, кому надо.
Таким образом возникла правовая коллизия. С одной стороны Певзнер ввозил Брюллова, за котрого была заплачена круглая сумма, с которой был затребован обратно налог.
С другой - в Россию действительно формально - до экспертизы - ввозился непонятно какой предмет.
Как суд будет решать эту головоломку, сказать трудно.