[tchaika]

Вспомните молодого Глинку, который обожал итальянскую музыку. В 1830-м году он отправился в Италию, чтобы там учиться и стать итальянским композитором. Причём, это было его искреннее желание (потому что русской классической музыки тогда ещё просто не существовало). Он попробовал. И в Италии вдруг понял, что он не может писать итальянскую музыку, что в нём живёт что-то иное, другие мелодии в нём рождаются. Тогда он поехал в Германию, где он познакомился с Берлиозом, продолжал учиться. И, одновременно, в нём созрело понимание, что он – русский композитор. Из заграничной поездки он вернулся в Россию русским композитором!
И с тех пор Михаил Иванович Глинка считается «отцом русской музыки».

В 1844 году Глинка поехал в Париж. Его авторский концерт в Париже прошёл с полным успехом. Глинка был признан как самобытный русский композитор, был признан гением! Берлиоз, ставший большим почитателем его музыки, исполнил через год произведения Глинки на своем концерте.

Вопрос заключается в чутком и внимательном отношении к своим корням. Чужим увлекаются те, у кого за душой, по-видимому, ничего нет, кому нечего жалеть и нечего терять. Пренебрегать своим во имя готового чужого – спекулятивная мысль.

А вот у Клода Моне было, что терять. Это всё взялось из родного воздуха. Он сумел найти этот новый срез той же самой французской природы и подойти к ней так, как никто другой. В этом – самозабвенная любовь к своей природе.
А рядом с ним работали могучие и своеобразные художники.

А Пушкин сколько написал в «глухой деревушке». «Как ни парадоксально, но заточение в селе Михайловском принесло необыкновенные плоды: окончание «Цыган», продолжение «Евгения Онегина», «Борис Годунов», «Граф Нулин» и самые знаменитые образцы его любовной лирики».