Я 30 лет занимаюсь творчеством Александры Экстер и поэтому внимательно отслеживаю все связанные с этим публикации. У Андрея Накова был ряд интервью в русской прессе, где он постоянно повторял, что хранит архив Экстер. Но за все эти годы, за 30 лет, из этого архива не опубликовано ни слова. У этого человека, который претендует на точность и знание фактов, только одна небольшая книжка об Александре Экстер — в сущности, каталог той самой первой выставки в галерее Жана Шовлена в 1972 году. В ней в конце биографические данные Экстер — и множество ошибок начиная буквально с первой строчки. Списка работ, по которому Экстер передавала их Лиссиму, никто не видел. Странно, что Наков, твердя о нем, его не опубликовал.

Является ли происхождение работы из коллекции Симона Лиссима подтверждением ее подлинности?

Непонятно, что в этом наследии было. Я не видел никакого его перечня. Могу сказать только, что сам Симон Лиссим искренне относился к Александре Экстер, заботился о ней во время войны. Но он не очень хорошо разбирался в ее творчестве, многого не знал.
Вот работа из коллекции Лиссима, которая продавалась на Christie`s под именем Экстер. Но это известная и публиковавшаяся работа Эстер Шимеровой 1931 года, подаренная ею Александре Экстер. Когда я показал каталог аукциона Эстер Шимеровой, она сказала: "Для меня большая честь, что меня приняли за Асю".
Второй пример — работа Амелии Пелаез, кубинской ученицы Александры Экстер. Продана как работа Экстер. Это не фальшивка — это неверная атрибуция. Эта работа сейчас в Москве. У нее есть сертификат Лиссима и сертификат Накова о том, что это Экстер.

У Экстер было много учеников в Киеве, Москве и Париже. Все отмечали, что она была сильно воздействующим художником. Все воспринимали ее идеи, и у многих ее учеников был экстеровский период. Поэтому есть вещи, которые трудно отличить. Это проблема для атрибуции.