Новая жизнь московского букинистического рынка
 

В Москве со старой книгой и бумагой работает сейчас чуть ли не десяток аукционных домов: по традиции букинистикой занимаются «Империя», «Кабинетъ», «В Никитском», «Антиквариум» и «Три века», в конце 2015 года появились «Литфонд» (отделившийся от «В Никитском») и совсем новенький Antik BookClub. Именно продавцы букинистики (наряду с нумизматикой, но о ней разговор особый) ныне лидеры отечественного рынка.

На декабрьском «Антиквариуме» автограф Леонида Андреева продан за 750 тыс. руб. при старте 65 тыс.

Стремясь неординарно обозначить себя, новые игроки хотят удивить клиента и при этом сочетают светские ухаживания за публикой — конферансы и фуршеты — с твердыми коммерческими устремлениями. Активно используются на аукционах современные формы торговли — объем продаж значительно увеличился за счет интернет-покупок. Аукционные дома все время придумывают новые форматы: книги пушкинской поры и книги о путешествиях; «Антиквариум» летом предложил покупателям «петербургскую коллекцию» из семейных архивов Северной столицы, в декабре впервые в России специально собрал коллекцию самиздата.

«Русская эмаль», дом, давно признанный как знаток декоративно-прикладного искусства, ныне успешно работает с новым для себя материалом: летом провел аукцион антикварной открытки, где уход составил 100%, в ноябре впервые провел аукцион Антикварная бумага, в декабре — букинистические торги. На этих специализированных торгах материал продавался самый разнообразный: авторская графика, гравюра, лубок, фотография, открытки, визитные карточки и так далее. К примеру, офорт Франсиско Гойи Смерть Пепе Ильо был продан всего за 50 тыс. руб., две автолитографии Анны Остроумовой-Лебедевой — за 13 тыс. и 30 тыс. руб.

В целом цены на книжные раритеты, например на прижизненные и первые издания русских классиков, растут: Стихотворения Александра Пушкина (СПб., 1835) в Antik BookClub предлагались за 2,2 млн руб. Но все же остаются в российских рамках и не сопоставимы с лондонскими книжными вершинами, где в начале декабря на Christie’s первое издание пушкинского Бориса Годунова ушло за £68,5 тыс.

Эта тенденция — не покупать на российских торгах дорогие произведения — общая для всех разделов внутреннего рынка, в том числе живописи. Именно поэтому местные продавцы ищут новый материал (более дешевый) и новые формы торговли (более демократичные). Так что следует и дальше ожидать успешного развития рынка букинистики, тиражной графики и вообще старой бумаги.

Увеличивающийся спрос, как это всегда и бывает, вызвал появление букинистических фальшивок. Уже на нескольких московских аукционах предлагались подлинные книги с автографами, которых просто не могло там быть — из-за несовпадения дат или персонажей. Например, на рынке появилась книжка стихов Марины Цветаевой с дарственной надписью Софии Парнок, романтической подруге поэтессы. Причем нежная надпись датирована несколькими месяцами раньше даты выхода книги (не говоря уже о том, что к указанному времени подруги расстались и не общались друг с другом, о чем есть множество воспоминаний современников и самих героинь).

Надежда Назаревская

На декабрьском «Антиквариуме» автограф Леонида Андреева продан за 750 тыс. руб. при старте 65 тыс.

Пусть я опять не к месту "ляпну", но все же мне совершенно не понятно, почему в букинистике имеем "праздник жизни", а в живописи - полную стагнацию и уныние... :)

Ответ - дело в цене.
Праздник жизни идёт в ценовом диапазоне до 100 т. руб.
С живописи-графике в этом диапазоне тоже нет проблем. Вы это и сами, на своём опыте это знаете. В ценах до 2 млн. тоже нет проблем у живописи, при условии хорошего качества и имени из первого ряда (не касается 19-го века).

Ну в живописи, например, не первые имена советского сегмента и 19 века - просели в среднем на 30-50%. Есть ли такое проседание в букинистике, мне не известно, но подозреваю, что нет...

уточнение
 

Лот 227 аукцион Литфонд
[Из библиотеки Марины Цветаевой] Парнок, С. Розы Пиерии. Антологические стихи. М.; Пг.: бывш. Левенсон, 1922. 32 с. В издательской обложке. На титульном листе автограф С. Парнок: «Марине Цветаевой «Снова знак к отплытию нам дан…» Помните? С. Парнок. 25.III.1922 г. Москва».
Книга Парнок вышла на несколько месяцев позже даты, когда был дан автограф, то есть в августе 1922.
Не говоря уже о том, что после разрыва любовных отношений в 1916 году, Цветаева и Парнок никогда больше не общались.
Цветаева была на протяжении всей оставшейся жизни - и своей, и Парнок - настроена к бывшей "подруге" враждебно, чему есть масса свидетельств, в том числе и реакция на кончину «Ну и что, что она умерла? Не обязательно умирать, чтобы умереть».

И, наконец, когда книга была выставлена ранее "В Никитском",
на ней не было "На обороте передней части обложки экслибрис известного библиофила, собирателя книг Серебряного века и блоковеда Н.П. Ильина".
http://www.vnikitskom.ru/antique/auction/43/17038/