Форум по искусству и инвестициям в искусство - Помогите распознать подпись

Цитата:

Сообщение от Vladimir (Сообщение 3628841)

Вот сама история: http://artinvestment.ru/news/artnews...paintings.html

Часть истории, надо уточнить. И я выделю из прочитанного вот это:

Цитата:

Правительство Нидерландов решило дать шанс городскому совету Хорна решить дело о возврате самостоятельно. Посредником выступил специалист по возвращению краденого искусства Артур Брэнд (Arthur Brand). Однако после того, как он встретился с представителями добровольческого батальона, Брэнд заявил, что «их оценка коллекции абсолютно нереалистична». Они потребовали 50 миллионов евро, в то время как в 2005 году, на момент кражи, работы суммарно оценивались около 10 миллионов евро. Брэнд считает, что нынешняя стоимость картин, в зависимости от их состояния, составляет от 500 тысяч евро (если они в плохом состоянии) до 1,3 миллиона евро (если состояние удовлетворительное). В ответ на это члены батальона потребовали 5 миллионов евро в качестве «комиссии за находку» и «ни центом меньше». На этом переговоры зашли в тупик.
.........
Ключевой фигурой в этой истории музей считает заместителя командира батальона «ОУН» Бориса Гуменюка.

А вот фрагмент интервью Бориса Гуманюка:

Цитата:

— Когда состоялась встреча в посольстве, и был ли там Артур Бранд?

— Это был июль 2015 года. На встрече присутствовали трое сотрудников посольства, в том числе и голландский полицейский. Помимо сотрудников посольства там был случайный человек — непрофессиональный переводчик. Артура Бранда там не было, встреча с ним состоялась позже.

В посольстве очень обрадовались новости. Сказали, что они благодарны и мне, и тем, кто эту коллекцию нашел. Когда я сказал, что переадресую людей, которые нашли коллекцию, на посольство, просили, чтобы я не оставлял это дело и помог им довести его до конца. Они оставили мне свои визитки. На том наш разговор закончился. А уже через месяц мне через переводчика сообщили, что приехал представитель музея и хочет встретиться. Это и был господин Артур Бранд.

На встрече помимо Бранда, меня и переводчика снова был полицейский. Я был удивлен, когда они предложили провести встречу не в посольстве, а в «неформальной обстановке» за пределами посольства. Господин Бранд рассыпался в комплиментах, благодарил и меня, и тех, кто нашел ту коллекцию, хотя, по его словам, эта коллекция небогатая, состоит из картин третьесортных художников, которые на артрынке ничего не стоят. Показал мне распечатки с художественных аукционов, где другие картины этих художников выставлялись по три-пять тысяч евро. К тому же выразил сомнение, можно ли будет их отреставрировать после плохого хранения. Вместе с тем заявил, что музей хочет коллекцию вернуть, потому что художники рисовали город, в котором расположен музей, и это историческая память для горожан.

Господин Бранд сказал, что они готовы выплатить вознаграждение — 50 тысяч евро — тем людям, которые эту коллекцию нашли и вернут. К тому же он сказал, что понимает, что, возможно, понадобится даже военная операция, чтобы забрать эти картины с неподконтрольной Украине территории, и что люди, которые будут эти картины «освобождать», будут рисковать жизнью.

— Что было потом?

— Господин Бранд уехал. А через две недели я получил от него письмо с требованием немедленно к 10 сентября вернуть коллекцию. В следующем письме были уже угрозы. Я ответил ему, что поскольку он оказался непорядочным человеком, больше этой историей я не занимаюсь. После этого у меня контактов с господином Брандом не было.

Возможно, господин Бранд и стал бы героем Голландии, который вернул коллекцию городу Хорн, а теперь стал героем России, потому что скандал накануне референдума по ратификации Соглашения об ассоциации Украина — ЕС выгоден только одной стране — России. И действительно ли его целью была коллекция? Ведь он понимал, что после скандала коллекции, если она действительно находится в Украине, грозит еще большая опасность. Или Гива и Моторолла — донецкие бандиты — в ее поисках перевернут все дома вверх тормашками, или те, кто ее нашел, просто уничтожат картины, чтобы не нарываться на неприятности.