Коллекция формировалась со второй половины 1890-х годов и хранилась в семье В.В. Розанова до конца его жизни, составив более 6000 монет. Та часть, которая по завещанию досталась дочери философа - Татьяне Васильевне Розановой (около 1500 монет), оказалась в Музее Классического Востока, а в 1924 г. была передана в ГМИИ им. А.С. Пушкина.

О Василии Розанове - собирателе весьма любопытно писал искусствовед Э.Голлербах в журнале "Среди коллекционеров": "В.В. Розанов был также усердным, вдохновенным коллекционером. Главной страстью его была нумизматика, В "Опавших листьях" он писал: "Отчего нумизматика пробуждает столько мыслей? Своей бездумностью. И "думки" летят, как птицы, когда глаз рассматривает и вообще около монет "копаешься". Душа тогда свободно высвободится. "Механизм занятий" (в нумизматике) отстранил душевную боль (всегда), душа отдыхает, не страдает. И вылетев из-под боли, которая подавляет самую мысль, душа расправляется в крыльях и летит-летит. Вот отчего я люблю нумизматику, И отдаю ей поэтичнейшие ночные часы".
Одно время он тратил на покупку монет все свободные деньги. С гордостью рассказывал, что у него есть какая-то монета, которой нет даже в коллекции Московского университета (заплатил три с половиной тысячи, золотая). Особенно восхищался одной древнегреческой монетой с изображением Афины. Нумизматика была для него одной из лучших радостей, бестревожным и мечтательным отдыхом" ("Среди коллекционеров". М., 1922, #2, с. 38). Была у Розанова мечта - "отобрать из моей коллекции римских монет экземпляров 100 или 200 и пожертвоватъ, т.е. попросить принять в дар - начальнику Григоровского училища в Костроме - для этого училища" (см. "КНГ", #5 (7), март 1998 г.).

Василий Васильевич Розанов не занимался нумизматикой профессионально, но он был страстным коллекционером, написавшим о прелести древних монет несколько красивых, популярных сочинений.

«Никто не имеет такого осязательного отношения к древнему миру, как нумизматы: вот источник их энтузиазма, рвения, — и необозримых, изумительных трудов, какие они написали!!! Нумизматика, сама по себе, одна, количественно обширнее, книгами и сочинениями богаче, нежели все отделы древней истории, в совокупности!!» Относительно «прочувствования» эпохи Розанов весьма точно заметил, «что горсть римских республиканских денариев, данных классу для рассмотрения, сказала бы больше о древнем мире, чем мертвые рисуночки, продукт нашей техники…»

По словам одного исследователя творчества Розанова, «он рассказывал об эпохе и событиях не как профессор на своих лекциях, за которыми обычно засыпают, а как древний философ, повествующий под тенью платана в знойный день о том, что МИР НИКОГДА НЕ УМИРАЕТ и что ЦЕННОСТЬ СОЗНАНИЯ МИРА В ВЕКАХ — В ЕГО ОСЯЗАНИИ…».