Аманда Поуп: В Вашингтоне, например, здания ЦРУ тоже не афишируются. А тут город, где разрабатывают химическое оружие. Конечно, советские власти не хотели, чтобы о нем кто-то знал.

Ч. Г.: И при этом в Нукусе находится вторая по величине коллекция русского авангардного искусства — более 40 тысяч картин и рисунков.

ARTINFO: Расскажите о коллекции подробнее. Как Игорю Савицкому вообще удалось собрать столько искусства во времена цензуры?

Ч. Г.: Он был хитрецом, как сказала бы Аманда. Очень обаятельный человек, абсолютно преданный своему увлечению. Он буквально жил в музее. У него там висел на вешалке один костюм, приготовленный специально для визитов начальства. Когда оно должно было прийти, он этот костюм надевал. Он все в музее делал сам. И когда местное представительство КПСС выделило ему квартиру, он тут же ее отдал двум реставраторам из Москвы, которым было негде жить.

А. П.: У Савицкого не было денег, но он вращался в художественных кругах, ходил от одной вдовы к другой. Его коллекция произведений 1920–30-х годов собиралась почти два десятка лет — со второй половины 1960-х до его смерти в 1984-м. Так вот, он ходил смотреть на картины, просил вдов разворачивать их — они видели, что он действительно любит искусство, что он настоящий знаток. И они хотели, чтобы работы их мужей экспонировались в музее. Что нас действительно тронуло, когда мы работали над фильмом, — так это то, насколько глубоко в русских людях заложена любовь к искусству. Их интересует не аукционная стоимость работы — им важно, чтобы картина попала в музей, чтобы ее видели люди.

ARTINFO: Какими выдающимися произведениями может похвастаться коллекция Савицкого?

Ч. Г.: Там есть совершенно потрясающие работы художников из Москвы и Петербурга, однако настоящие жемчужины — это произведения так называемого «восточного авангарда», художников, которые приезжали из Москвы, из Петербурга, даже из Сибири — строить в Средней Азии новое общество. И Средняя Азия была для них как Таити для Гогена: роскошные цвета, ислам, суфизм, Шелковый путь... В их работах влияния ислама соединились с европейским модернизмом и русским авангардом. И так появилось это поразительное новое движение в искусстве, которое не видели нигде, кроме как в Узбекистане.

А. П.: Художники эти изображали верблюдов в пустыне — но верблюдов в кубистическом духе. Интереснейший, уникальный стиль. Мы надеемся, что узбекское правительство удастся убедить по-настоящему «признать» эту коллекцию и приложить какие-то усилия к ее популяризации — сейчас она, можно сказать, спрятана от всех, — и что нукусские произведения будут экспонироваться, чтобы появилась возможность их показа в других музеях. Это можно легко устроить, если правительство будет готово сотрудничать.

ARTINFO: Насколько мне известно, к директору музея (Маринике Бабаназаровой. — AI.) уже обращались какие-то западные арт-дилеры с предложениями продать работы из коллекции. Не было ли у нее искушения выставить какие-то предметы на рынок, чтобы на вырученные деньги заботиться об остальном собрании?

А. П.: Насчет искушения — не думаю, но предложения, конечно, были. Штука еще в том, что Музей искусств Нукуса — государственный, и ей могут просто приказать продать тот или иной экспонат.

Ч. Г.: Если завтра придет дочка президента и скажет «Ах, какое красивое украшение!», то что тут поделаешь?

ARTINFO: У вас есть любимые произведения в коллекции Савицкого?

А. П.: Да. «Пурпурная дорога» Урала Тансыкбаева.

Ч. Г.: У меня есть две любимых картины. Первая — это «Бык» живописца Евгения Лысенко, также известная как «Фашизм наступает». Образ быка с ружейными дулами вместо глаз был увиден им во сне. Работу можно увидеть только в Нукусском музее. Художник назвал ее «Фашизм наступает», так как это существо — написанное в экспрессионистском, авангардном стиле — выглядело по-настоящему страшно. Работа оказалась пророческой: через некоторое время разразились сталинские репрессии. А вторая любимая картина, под названием «Чайхана», была выполнена Александром Волковым, русским художником, родившимся в Узбекистане. Любопытно, что мы видели ее не на стене музея, а в хранилище. Это невероятная картина с изображением узбеков за чаем. Правда, чаевничают они на фоне портрета Ленина — работа создавалась в советские времена, и без Ленина, естественно, было не обойтись. Как сейчас у нас в Америке без Обамы. А картины с Лениным сейчас в Узбекистане не в фаворе, поэтому работа прозябает в хранилище и посетители на нее полюбоваться не могут. Ее можно увидеть только в нашем фильме.

А. П.: Это вещь на уровне раннего Пикассо. Совершенно удивительная картина. И то, что она сейчас в хранилище всего лишь из-за какого-то портрета Ленина на стене...

ARTINFO: Искусство все еще очень зависит от политики.

А. П.: Да, они все еще «повязаны». Жизнь Савицкого, его коллекционерская деятельность — везде политика играла центральную роль. И сейчас такая же ситуация.

P. S. Нукусский музей пережил крайне недружелюбную к художественному авангарду советскую эпоху, однако сейчас судьба его остается туманной. Недавно директора Маринику Бабаназарову даже не выпустили из страны на показ фильма в вашингтонской Национальной галерее.
Интервью: Кейт Даймлин (Kate Deimling), ARTINFO.com

Перевод Юлии Максимовой,