Змея была и символом вечной юности: ежегодная смена кожи символизировала омоложение. Это представление нашло интересное воплощение в религии египтян. Смена дня и ночи связывалась с тем, что в полночь бог Солнца Ра выходит со своей свитой из солнечной ладьи и входит в тело огромного змея, из которого утром все выходят «детьми», вновь садятся в ладью и продолжают путешествие по небу. Африканские сказки и легенды рассказывают о первых людях, которые могли, подобно змеям, менять старую кожу на новую и жить вечно. В шумерском мифе Гильгамеш находит в глубине вод цветок вечной молодости, однако, пока он купался, змея похитила цветок и сразу помолодела, сбросив кожу. С тех пор, учит предание, змеи обрели бессмертие, а люди так и остались смертными существами. Греческий миф повествует о чудесном средстве, которое Зевс подарил людям. Оно могло вернуть человеку молодость. Однако люди не захотели сами нести этот бесценный дар и положили его на осла, который отдал его змее. С тех пор люди несут тяжелое бремя старости, а змеи наслаждаются вечной молодостью.

Исторические параллели: Легенды Древнего Китая называют огромного змея — дракона родоначальником первых императоров, наделяют его когти, зубы, слюну и рога целебными свойствами. На спине дракона можно было достичь страны бессмертных (с. 83). Дракон, согласно легенде, некогда вышел из Желтой реки и впервые показал императору знаменитое изображение тайцзы, в котором отражена взаимосвязь инь и ян (с. 69).

Йога уподобляет змее духовную энергию человека — кундалини

За тысячу лет до нашей эры культ змеи как символа мудрости, науки и познания возник у греков. Именно змея, согласно греческой мифологии, навела Асклепия на мысль о возможности воскрешать мертвых. Однажды знаменитый исцелитель был приглашен во дворец критского царя Миноса, чтобы воскресить его умершего сына. На своем посохе Асклепий неожиданно увидел змею и убил ее. Тотчас появилась другая змея с целебной травой во рту и воскресила убитую. Асклепий воспользовался этой травой и воскресил умершего.

В античном мире змея играла роль хранительницы домашнего очага. Во время раскопок Помпеи на стенах и домашних алтарях многих домов было обнаружено изображение змеи, которая символизировала покой и здоровье обитателей дома. Как мы знаем, змеи были непременной принадлежностью асклепийонов . Древнеримские хроники сохранили свидетельства о том, что во время эпидемии чумы Асклепий символически был перевезен из Эпидавра в Рим в виде змеи. Согласно одной их гипотез о происхождении имени бога врачебного искусства Асклепия, оно произошло от названия особого рода змей — «аскалабос». Позже эти змеи, безвредные для человека, стали называться «асклепиевыми ужами». Змея изображалась на походной аптечке римского военного врача.

Однако в истории медицины с образом змей и червей часто связывали не только жизнь и здоровье, но также болезни и смерть. В Египте олицетворением бога Тота был ибис — птица, пожирающая змей и червей, которые вызывают болезни. Вавилонские маги-врачеватели часто изображались с кнутом для изгнания всех ползающих животных, прежде всего — змей и червей. Вавилонское заклинание связывает происхождение зубной боли с проникновением червя внутрь зуба. В индийском эпосе и буддийской литературе священная птица Гаруда нередко называется «пожирателем змей». Китайская легенда приписывает червям смерть древнего мудреца Янь-ди, который пытался пробовать лекарства по примеру Шэнь-нуна, мифического покровителя врачей и аптекарей : «Рассказывают, будто у Шэнь-нуна тело было из прозрачного нефрита и можно было видеть все его внутренности; и это правда. Как иначе удавалось бы избавлять его от смертельной опасности, когда он пробовал по двенадцати ядов в день? Но вот рассказывают, будто Янь-ди пробовал лекарства и спасался от всех ядов, но проглотил сороконожку, каждая нога которой превратилась в червяка, червяки же тоже начали размножаться и Янь-ди, не сумев побороть их, умер...»

Римский писатель Плиний Старший писал, что укус змеи в любой момент может положить предел жизни человека, что даже под землей черви не оставляют людей в покое и пожирают умерших. Некоторые исследователи считают, что в основе «змеиной символики» в медицине лежит страх человека перед змеей, желание умилостивить грозную «богиню смерти» или отпугнуть болезнь, используя грозный вид змеи. Древние предания содержат множество упоминаний о мифических змееподобных существах, угрожающих жизни человека. В то же время части их тела и яд считались сильными и универсальными лекарствами. Так, Плиний Старший в «Естественной истории» писал о целебных свойствах амбисфены (греч. «двигающаяся в двух направлениях») — змеи с двумя головами: одна расположена в обычном месте, другая на хвосте: «... словно одной головы ей мало, чтобы извергнуть свой яд»

Змея символизировала смерть и бессмертие, добро и зло. Их олицетворял и ее раздвоенный язык, и ядовитость ее укусов наряду с целебным действием яда, и загадочная способность гипнотизировать мелких животных и птиц. Это видимое противоречие, соединение в одном изображении двух разных, часто противоположных начал, характерно для символов, пришедших к нам из глубокой древности. Другой пример воплощения этого противоречия — чаша. Происхождение этой эмблемы врачевания различные гипотезы связывают с целительным действием воды и традицией приготовления лекарств в ритуальной чаше.

К. Юнг анализировал либидозный символ змеи. Он пишет, что в искусстве часто грех, порок в форме сладострастия изобра­жаются в образе обнаженного женского тела, обвитого змеями. Либидо есть не только дьявол, но и божество, и потому метамор­фозы змеи связаны с символом самой человеческой души — ее противоречивостью [29]. «Хотя символ, — пишет Юнг, — с точки зрения реальной действительности и обманчив, однако психологически он — истина, ибо он всегда был мостом, ведущим ко всем величайшим достижениям человеческого духа» [30]. Вяч. Ива­нов именно в этом контексте отмечал, что змея оттого в одном мифе представляет одну, в другом — другую сущность. «Но то, — пишет Иванов, — что связывает всю символику змеи, все значе­ния змеиного символа есть великий космогонический миф, в котором каждый аспект змеи — символа находит свое место в иерархии планов божественного всеединства» [31].

Так, змея в раю, согласно К. Юнгу, мыслится преимущест­венно в женском образе, и потому старыми художниками змея изображается как женщина [32]. Символ змеи с деревом — это олицетворение обновленного земного цветения. Змея была атри­бутами Минервы — богини мудрости и Асклепия — бога медици­ны. Способность змеи менять кожу позволила, видимо, видеть в ней различные ипостаси самой зависти.

Д. Норман, автор исследования «Символизм в мифологии», пишет, что изображения змеи или дракона, обвивающихся вокруг дерева, в зависимости от обстоятельств можно интерпретировать по-разному. «Они могут быть связаны либо с движением вверх, к более высокому состоянию, либо вниз, к более низкому. Вмес­то того, чтобы безоговорочно разделять змеиные формы на "доб­рые" и "злые", иногда их лучше рассматривать как воплощение одновременно добра и зла, как возвышение над или выход за пределы обоих этих понятий» [33].
http://www.philos.msu.ru/vestnik/phi...ndr_zavist.htm
Гаргона и Гаргоны
...Ехидна, в греческой мифологии - женщина с телом змеи. Медуза Гаргона и другие малоприятные персонажи - это все дети Ехидны. Порождения ехидны часто упоминаются в Библии для указания на людей змеиной породы.